– Угощение – так себе, а с людей трясёте последнее! – пыталась пристыдить я сватью на свадьбе

Мы с мужем Игорем были не в восторге, когда к нам пожаловали сваты. Но дочь Катя ждала ребенка, и деваться было некуда. 

– Надо устроить настоящую свадьбу, – заявила Марина, мать жениха. – Мы приведем человек тридцать. Соответствуйте уровню, и сделаем пышный праздник. 

– К чему эти хлопоты? – возражала я. – Кате тяжело, а её Миша сутками в командировках. Им не до гуляний. 

– А что люди подумают? – фыркала сватья. – Пусть и живут вместе, но брак – дело серьезное. Нужно отметить как положено. 

Катя молчала, Миша не вмешивался, а Марина уже заказывала банкетный зал и договаривалась с музыкантами. 

– А кто за всё заплатит? – спрашивала я. 

– Разберемся, – отмахивалась она. 

Вскоре всё было готово, и я даже почувствовала вину за свой скепсис. 

– Может, и правда будет хорошо? – говорила я Игорю. – Всё-таки единственная дочь. 

– Всё делается не вовремя, – сердился он. – Сначала им брак был не нужен, а теперь невеста едва на ногах стоит. Бессмыслица какая-то. 

Марина же мечтала не только отбить затраты, но и заработать. Своих гостей она предупредила: «вход» – по тридцать тысяч. 

– И вы своей родне скажите, – требовала она. 

– Жаль, нельзя разделить бюджет, – вздыхала она. – Ваши наверняка скупятся, и мы в убытке останемся. 

Я обиделась и ничего своим не передала. Мы с Игорем еле выдерживали это унижение: Катя в свадебном платье, с огромным животом, выглядела нелепо. Подруги дочери перешептывались, улыбались. Всё шло терпимо, пока Марина с мужем Стасом не выхватили микрофон у ведущего. 

– А теперь – денежная лотерея! – объявила она. – Подходите, кладите купюры в шляпу! 

– Я умираю от стыда, – прошептал мне Игорь. – Это же просто неприлично. 

Я попыталась остановить Марину, но та была неумолима. 

– Пока вы скромничаете, мы уже собрали немного, – шипела она мне на ухо. – Ваши гости, конечно, мало положили. 

– Прекратите это! – умоляла я. 

– Ой, не драматизируйте. 

Собрав немного, они устроили платную фотозону. 

– Фотографируйтесь с молодоженами! – кричал Стас. – Это и память, и помощь молодым! 

– Ладно, сейчас вернем микрофон ведущему, – величественно говорила Марина. – Но в конце вечера разыграем торт и свадебный бокал! 

Я не выдержала, отвела её в коридор. 

– Как вам не стыдно? Угощение – так себе, а с людей трясёте последнее! 

– Благодаря нам фонд вырос на двадцать тысяч, – парировала она. – Вы бы лучше помогли, а не критиковали. 

– Ещё одна подобная идея – и я устрою сцену, – пообещала я. 

Марина надулась. Позже торт «ушел» за двенадцать тысяч, а бокал – за восемнадцать. К десяти вечера опустошенные гости разъехались. Молодые уехали первыми – Катя совсем выбилась из сил. 

– Без ваших капризов праздник мог бы быть лучше, – бурчала Марина, собирая остатки еды в контейнеры. – Заберу себе, вам-то всё равно не надо. 

– Верно, не надо, – ответила я. 

– Какие жадные люди, – выдохнула я. 

– Не думай о них. Скоро внучка родится, – гладил он мою руку. 

– Только это и держит, – призналась я. – Надо самой занять крестинами, а то Марина и на этом базар устроит. 

Дома мы молча пили чай. Я думала о Кате, о будущей внучке. О том, как теперь встречаться за одним столом с этими людьми. Надежда была только на маленькую девочку – что-то хрупкое и общее, способное нас всех хоть как-то соединить. Иначе – бесконечные споры из-за каждого праздника.