– Она его, как щенка, на улицу выставила, – невестка бросила пьющего мужа, а я ее поддержала

Все случилось в прошлый четверг. Зашла к тете Марине чай попить, а она сразу за свое.

– Представляешь, Ленка от Дениса ушла! – тетя хлопнула ладонью по столу. – Совсем без сердца девка. Еще после отца месяц не прошел. Как она могла?

– Не берусь судить, – пожала я плечами.

– Да как же? Жену родного брата не судишь? Он же в слезах! Кричит, что предали его.

– Мне их выяснения отношений не интересны, сами разберутся.

– Да что ты говоришь! Год бы потерпела, помогла человеку горе пережить. А он, бедный, теперь один.

– Тетя, вы серьезно? С Леной он бы меньше пил? Я ведь тоже папу потеряла. Но не стала бутылкой заливаться. Работаю, детей воспитываю.

– Мужчины – народ ранимый, Ирочка. Им опора нужна. А она его, как щенка, на улицу выставила. В самый тяжелый период.

– По-моему, он давно в реальности не живет. Лена и так годы отдала, пыталась помочь. Не виню ее. Жить с тем, кто сам не хочет меняться, – бесполезно.

– Холодные вы стали. Ни капли сострадания. Только о себе думаете.

Я лишь усмехнулась. Спорить было бессмысленно. Да и не совсем чиста перед совестью – я и правда подтолкнула Лену к решению.

Мы с ней остались в хороших отношениях. Знаю, что она собиралась разойтись с Денисом еще до смерти свекра. Но задержалась на полгода – неудобно было бросать в горе. Думала тогда: «Сейчас уйду – потом себе не прощу». Но силы ее кончились быстро.

После похорон Денис просто забыл, что у него есть жена. Пиво по утрам, водка вечером. А раньше-то он хоть на работу ходил. Теперь же нашел оправдание – отец умер, имею право. И характер испортился, стал раздражительным.

Как-то занесла Лене книги, которые она просила. Застала ее с красными глазами, на руке – желтоватый синяк.

– Все, Ира, – выдохнула она. – Хватит. Уже три года коплю на отдельное жилье. Собрала. А решиться не могу. То отпуск, то праздники… А потом твой папа…

– Хватит себя винить, – сказала я твердо. – Ты сделала больше, чем нужно. И на похоронах помогала, и документы оформляла. А Денис что делал? Пиво на поминках распивал. Чего боишься?

– Скатится совсем… – прошептала она. – А я буду чувствовать, что виновата.

– А сейчас не мучаешься? Ему от твоих страданий легче?

– Нет, – она снова расплакалась.

– Вот видишь. Ты в восемнадцать верила, что любовь победит все. Но нельзя спасти того, кто не просит о помощи. Денис выбрал свой путь. Он пил до тебя, пьет с тобой, и будет пить без тебя. Ты просто теряешь время.

Кажется, эти слова дошли. Лена как-то сразу притихла, перестала плакать. Потом сказала: «Правда. Мама тоже всю жизнь отца спасала. А он даже спасибо не сказал».

Она ушла через неделю. Сняла маленькую квартирку. Денис заметил ее отсутствие только через два дня. Обзвонил всех, кричал о предательстве. Потом, говорят, устроился на работу, но ненадолго.

Недавно видела Лену в торговом центре. За руку с дочкой идет, улыбается. Говорит, курсы бухгалтеров заканчивает. Про Дениса не спрашивала – будто и не было тех восьми лет.

А брат мой сейчас живет в нашей старой квартире. Один. Все так же пьет, только жалуется теперь, что все женщины – эгоистки. Иногда мне его жаль. Но я давно поняла – нельзя тянуть со дна того, кто не хочет всплывать.