Свекровь хотела повесить на нас ипотеку, но я решила поступить по-другому, а не так, как она ожидала

В тот вечер в дверь позвонили. Сын крикнул из прихожей, что пришли бабушка и дедушка. Я удивилась – обычно они предупреждали о визитах.

Тамара Васильевна зашла на кухню, не разуваясь. За ней тяжело ступал Пётр Иванович. Я отложила дела, чтобы поставить чайник.

– Не суетись, Марина, – остановила меня свекровь. – Мы по делу. Садись.

Я села, чувствуя неладное. Свёкор мялся у порога, а Тамара Васильевна приступила сразу:

– Ты же знаешь, Регинка с Петькой разбежалась. Сидит теперь с мелюзгой в двушке у свекрови, ютится в одной комнате. Кошмар!

Я кивнула. История сестры мужа была печальной, но я не понимала, при чём тут я.

– Мы с отцом решили ей помочь, квартиру-студию присмотрели, – продолжила свекровь. – На первоначальный взнос не хватает трёхсот тысяч. Ты недавно от бабушки деньги получила, небольшая сумма, но для нас сейчас это спасение.

Я внутренне напряглась. Бабушка оставила мне скромные накопления – шестьсот тысяч. Я планировала добавить их к тем деньгам, что мы с мужем копили на образование сына.

– Мы отдадим, Мариночка, – подключился свёкор. – Частями, как сможем. Ты же не враг Регине, не хочешь, чтоб она по чужим углам мыкалась?

– Конечно, не хочу, – ответила я. – Но это не мои деньги, это бабушкин подарок Пашке на будущее. Я не могу ими так распоряжаться.

– Так Пашке ещё учиться и учиться, – отмахнулась Тамара Васильевна. – А Регинке сейчас жить негде!

– Подожди, мам, – раздался голос из коридора.

Вошёл Денис, муж. Он поздоровался и сел рядом со мной. Я смотрела на него с надеждой. Он всё слышал? Поддержит?

– Я всё понял, – сказал он своим. – Вы хотите, чтобы Марина дала деньги Регине.

– Да, сынок, – обрадовался Пётр Иванович. – Ты поговори с женой, объясни ей по-человечески.

– А чего объяснять? – Денис пожал плечами. – Это её деньги. Хочет – даст, хочет – нет. Я в это не лезу.

У меня внутри всё опустилось. Нейтралитет. Удобная позиция.

– Хорошо, – сказала я. – Я подумаю до завтра.

Проводив родителей, Денис уткнулся в телефон. Я легла спать. Утром, когда муж ушёл на работу, я позвонила Регине. Мы договорились встретиться в парке без родителей.

Регина пришла с коляской, выглядела уставшей.

– Слушай, – сказала я без предисловий. – Я могу дать эти деньги. Но не в долг, а так. В подарок. Только с одним условием.

– С каким? – насторожилась она.

– Мы купим не квартиру, а нормальную стиральную машину, хорошую коляску и сделаем ремонт в той комнате, где вы живёте. Я помогу. Найму рабочих, куплю материалы.

Регина уставилась на меня.

– Но мама сказала, нужна своя квартира...

– Регина, ты без работы, с двумя детьми. Ипотека тебя задавит, а родители твои не вечные. Кто платить будет? – спросила я. – Давай сделаем так, чтобы вам здесь и сейчас жилось легче.

Она молчала.

– Думай, – сказала я. – Моё предложение в силе.

Через два дня Регина перезвонила.

– Ты права. Квартира – это иллюзия. Мне бы просто выспаться и чтоб вещи не воняли сыростью. Мать, конечно, ругается, но это уже мои проблемы.

Я сдержала слово. Мы купили технику, сделали косметический ремонт в их комнате. Свёкор с Денисом помогли с мебелью. Тамара Васильевна дулась месяц, но когда увидела, что внукам стало лучше, немного оттаяла.

Деньги, что остались от наследства, я положила на счёт сына. А Регина через полгода нашла удалённую подработку и теперь потихоньку откладывает сама. Мы с ней стали общаться чаще, чем раньше.

Иногда проще помочь по-своему, чем просто дать денег и сделать всех несчастными. По крайней мере, я так думаю. Денис считает, что я молодец, но, как обычно, помалкивает при разговоре с родителями. Ну и ладно.