– Хватит пытаться заменить мне родную мать! – закричала я на свекровь и тут же пожалела, увидев ее слезы

Сегодня я наконец сорвалась на свою свекровь. Произошло это в нашей прихожей, когда Анна Сергеевна, размахивая пакетом с очередным «нужным приобретением», объявила, что завтра пойдёт со мной на УЗИ.

– Спасибо, но я уже договорилась с мамой, – попыталась я мягко отказаться.

– Милая, я ведь тоже тебе как мама теперь. Хочу лично удостовериться, что с малышом всё хорошо. Я в той клинике всех врачей знаю

Это был последний довод в длинной череде. Я больше не выдержала.

– Да перестаньте вы лезть в мою жизнь! – крикнула я так громко, что сама испугалась. – Хватит пытаться заменить мне родную мать!

Анна Сергеевна замерла, держа в руках пакет. Из него выглядывал крошечный голубой комбинезон. Она смотрела на меня растерянно, и гнев внутри моментально сменился стыдом. Но отступать было некуда.

Всё началось давно. Когда мы с Сергеем только поженились, его мама казалась милой и заботливой. Особенно я умилялась, глядя на её отношения со старшей невесткой, Надей. Та называла её «мамочкой», они вместе ходили по магазинам, болтали по телефону часами. Мне тогда это казалось странным. У меня ведь есть своя мама, самая лучшая. Мы живём в одном городе, часто видимся, мне есть с кем обсудить и радости, и страхи.

Позже Сергей объяснил, что Надя выросла без родителей, в детском доме. Для неё Анна Сергеевна стала настоящим спасением. Я всё поняла. Но ко мне-то это не имело никакого отношения!

Свекровь же не желала этого признавать. Она настойчиво стирала границы. Сначала это были мелочи: навязчивые советы, как правильно варить борщ «как у Серёжи в детстве». Потом – «случайная» покупка мне шампуня, о котором я лишь раз обмолвилась в телефонном разговоре с собственной матерью. Это было уже пугающе. Откуда она могла знать?

А когда я забеременела, начался настоящий ад. Ежедневные звонки, горы ненужных покупок (она скупала всё: от пелёнок до стерилизаторов, хотя у нас ещё даже кроватки не было), советы, которые я не просила. Она буквально поселилась в нашей жизни. Сергей только отмахивался.

Сегодня чаша переполнилась. Я увидела этот комбинезон и поняла – она уже выбирает вещи для моего, ещё не рождённого, ребёнка. Без меня. Вместо меня.

– Я не хочу, чтобы вы шли со мной, – сказала я уже тише. – Это мой ребёнок. Моя беременность. Я пойду с тем, с кем хочу.

– Но я же просто забочусь о вас обоих, – в её глазах стояли слёзы. – Почему вы меня так отталкиваете? Я же не чужая.

И тут я увидела перед собой не монстра-свекровь, а одинокую женщину, которая отчаянно хочет быть нужной.

– Анна Сергеевна, – начала я, подбирая слова. – Я вас не отталкиваю. Я ценю вашу заботу. Но у меня уже есть мама. Та, которая растила меня, которая знает меня с первого дня. Вы – моя свекровь, важный для нас человек. Но вы не можете занять её место. И не должны пытаться.

Она молчала, смотря на меня мокрыми глазами.

– Мне нужно своё пространство, – продолжала я. – Чтобы самой научиться быть матерью. Дайте мне эту возможность. Давайте просто будем… друзьями. Бабушкой и мамой. Но разными людьми.

Она тяжело вздохнула, вытерла щёку.

– Друзьями… – повторила она. – Я, кажется, понимаю. Со своей свекровью мы тоже не были подругами. Я её просто боялась. И клялась себе, что у моих мальчиков всё будет иначе. А получилось… опять не то.

– Получилось просто по-другому, – поправила я. – Давайте попробуем вот так.

Она кивнула, снова заглянула в пакет.

– Тогда хоть комбинезон возьми? Он правда хороший, дышащая ткань…

Я невольно рассмеялась. Она улыбнулась в ответ.

– Ладно, ладно. Оставлю на потом.

Когда вечером пришёл Сергей, он застал нас за чаем. Мы мирно обсуждали, стоит ли покупать шезлонг-качели.