|

«Педофилы кругом, будь им пусто!» - человек в исступленьи кричал

Криминал
10:47
872 просмотра
Александр Немоляев
Фото: pbs.twimg.com
Фото: pbs.twimg.com

В Костроме погибла 5-летняя девочка, изнасилованная и убитая двумя нелюдями. Казалось бы, какие еще поводы нужны для того, чтобы принять в России законопроект о пожизненном заключении для педофилов? Все это смотрится предельно последовательно, если… не вдаваться в подробности. Потому что в этом случае картина сыплется на части.

Во-первых, к проекту закона, который рассматривается в Госдуме, эта трагедия имеет отношение чуть менее, чем никакое. За убийство ребенка пожизненный срок предусмотрен уже действующим законодательством. «Педофилом-рецидивистом» никто из убийц не был: у одного – первая отсидка по позорной статье, а второй вообще сидел за кражу. Так что никакие думские законопроекты  абсолютно ни при чем – чистейшее давление на эмоции.

Кстати, в двух словах: против кого направлен этот законопроект – понятно. Поскольку люди с реальными отклонениями получают медицинские заключение о том, что им требуется принудительное лечение, на «пожизненку» уедут, извините, совершенно нормальные мужики, про которых их собственные дети сказали, что папа якобы когда-то где-то трогал их в неприличных местах. Отсутствие педофильских наклонностей следствие и суд во внимание не принимают, а в освобождении невиновных из мест не столь отдаленных система не заинтересована от слова «совсем». Пусть сидят пожизненно: удобно – никто не вернется и ни о чем не расскажет!

Возвращаемся к Костроме, и – увы, теперь самое страшное. На всех видеозаписях видно, как двое отморозков тащат бедную малышку,но никто не приходит ей на помощь. Почему? Давайте для начала осознаем, что для того, чтобы справиться с двумя бугаями, похитившими девочку, нужны были мужчины.

И где же они были? Ответ очень прост. Любое вмешательство в дела ребенка в России грозит мужчине педофильской статьей. 5-летнюю девочку вполне реально обучить тому, что незнакомый дядя трогал ее за неприличные места, и любой здравомыслящий человек это понимает. Только вот здравомыслие – это не про российские следком, прокуратуру и суд, которые ориентируются на «показания» ребенка (даже в том случае, если ребенок от них потом отказался) и на экспертизу, что дети не склонны ко лжи. Проще говоря – одного слова девочки достаточно, чтобы вас отправили на зону на длительный срок по кошмарной уголовной статье, и никакие иные доказательства, включая видеозапись (пример - дело тренера Сушко в Екатеринбурге), следствие и суд рассматривать не будут.

Ваш покорный слуга, в силу своих журналистских обязанностей, отслеживает этот, с позволения сказать, тренд, и говорит ответственно: практически половина комментаторов таких новостей приводит в качестве примеров подобные случаи.

То есть, ПОЛОВИНУ семей в России так или иначе затронула «педофильская истерия» - по ложным обвинениям сидят родственники, друзья, знакомые. Это, прямо скажем, показатель военного времени, показатель реального феминистского террора в стране. Миллионы невесть откуда взявшихся мнимых педофилов мотают сроки от 12 лет и выше! И много ли будет желающих оказать помощь ребенку, которого похитили реальные ублюдки?

Ответ – конечно, нет, уж лучше сесть по статье об оставлении в опасности или неоказании помощи, тем более, по ней существует тысяча и одно оправдание (не обратил внимания, отвлекся, был в наушниках и т.п.) И в целом пара лет отсидки не идет ни в какое сравнение с пожизненным (!) сроком для мнимых маньяков, который предлагает Госдума.

Добавим еще один немаловажный момент, связанный с законопроектом. Как бы страшно и цинично это ни звучало, но до сей поры у реальных педофилов имелся стимул оставить ребенка в живых. За развратные действия в отношении малолетних грозила долгая отсидка, но все-таки с перспективой когда-нибудь освободиться. Мое перо не поворачивается описать подобные ужасы, но, однако, не повод ли это в последний момент одуматься и пощадить ребенка, над которым надругался? Наверно, родители костромской девочки много отдали бы за то, чтобы снова увидеть свою доченьку живой, хоть и подвергшейся жутким истязаниям. А поскольку теперь разницы для извращенца нет никакой, не проще ли ему убить ребенка, чтобы был шанс спрятать тело и замести следы?

image