– Не нужны мне ваши подачки, – свекровь устроила цирк с разделением продуктов

Мы переехали к свекрови полгода назад, и я до сих пор помню тот день, когда мы впервые поругались из-за еды. Сначала всё было терпимо. Мы с Сергеем снимали квартирку, но потом у него случились проблемы на работе, плюс авария, пришлось отдать почти все накопления на ремонт машины. Деньги уходили катастрофически быстро, и я сама предложила пожить пока у его матери.

Первые недели мы старались не мешать: покупали продукты, складывали их в холодильник, мыли за собой посуду. Но потом началось.

– Это что за бардак? – кивнула на кружку, оставленную на столе. – Я тут убираюсь целый день, а вы свинарник разводите.

Я промолчала, убрала кружку. Следом прилетела претензия про хлебницу, потом про то, что мы слишком поздно ужинаем. А однажды вечером она застала меня врасплох, когда я жарила котлеты.

– Вы вообще совесть имеете? – возмущалась она. – Холодильник ломится от ваших продуктов, а я на пенсию курицу купить не могу! Вы тут жрёте, не просыхая, а мне даже молока не оставите?

Я опешила. Мы покупали продукты на всех, я всегда спрашивала, нужно ли что-то в магазине. Она отказывалась.

– Нина Петровна, мы же общие продукты покупаем, – попыталась я объяснить. – Берите, сколько хотите, никто же не запрещает.

– Не нужны мне ваши подачки! – отрезала она. – Давайте так: ваша полка в холодильнике – ваша еда. Моя – моя. И не лезем друг к другу.

Сергей, который зашел на шум, только вздохнул.

– Мам, ну зачем эти сложности? – устало спросил он.

– А затем, чтобы не брали моё! – рявкнула она и ушла в свою комнату.

Мы подчинились. Купили продукты, расставили по своим полкам. Но через пару дней я заметила, что сыр, который я купила вчера, подозрительно уменьшился. Потом исчезла пачка творога.

В ту субботу мы собирались к друзьям на дачу, но поездка сорвалась в последний момент. Мы вернулись домой раньше времени, где-то около восьми вечера. В квартире горел свет на кухне.

Я заглянула в проем. Свекровь нарезала нашу копченую колбасу. Рядом стояла начатая банка кабачковой икры.

– Мам? – позвал Сергей из-за моей спины.

Она подпрыгнула на месте, попыталась прикрыть колбасу салфеткой, но было поздно.

– Не лезем друг к другу, значит, – сказала я спокойно.

– А что такого-то? – тут же перешла в нападение свекровь. – Я кусочек взяла, вы бы всё равно не заметили! Живете тут, проходу не даете, а мне даже бутерброд сделать нельзя?

– Так в чём проблема? – я повысила голос. – Зачем был этот цирк с полками, если вы всё равно лезете в наши? Мы всегда говорили: берите всё, что лежит в холодильнике.

– Ах, я ещё и виновата! – всплеснула руками Нина Петровна. – Вы тут оккупировали мою кухню, мою квартиру, а я же ещё и воровка!

– Мам, хватит, – Сергей встал между нами. – Ты сама предложила делить продукты. Мы согласились. Почему ты теперь это делаешь?

– А потому что мне стыдно просить! – выкрикнула она. – Я привыкла сама всё иметь, сама зарабатывать, а теперь я нищая старуха, которая смотрит на вашу колбасу и облизывается! Думаете, легко мне на это смотреть? Вы молодые, у вас всё впереди, а я? Я что, должна клянчить?

Она разрыдалась и выбежала.

– Я не ожидала, – сказала я.

– Я тоже, – ответил он. – Ладно, иди в комнату. Я с ней поговорю.

Я ушла, но не в комнату, а в коридор, чтобы слышать. Он зашел к ней, дверь была приоткрыта.

– Мам, ну ты чего? – услышала я его усталый голос. – Мы же не враги. Ты бы просто сказала. Мы бы всё купили, всё общее сделали.

– Я не хочу быть обузой, – донеслось сквозь всхлипы. – Я думала, если так, то я не буду чувствовать себя нищенкой. А получается ещё хуже.

– Какая ты обуза? – мягко сказал Сергей. – Мы же семья. Давай просто забудем про эти полки, а? И будем жить нормально.

– А она... Вика... сильно злится?

Я не стала ждать, что ответит Сергей. Сама зашла на кухню, взяла колбасу, банку с икрой, нарезала хлеб и сделала несколько бутербродов, налила чай. Потом поставила всё на поднос и понесла в её комнату.

– Ужинать будем? – спросила я буднично. – А то икра пропадёт.

– Давай, – Сергей подвинулся. – Мам, все вместе.