На отдыхе оказалась в одном отеле со своим начальником и узнала о нем, то, из-за чего лишилась работы

Работаю я в отделе продаж. Начальник у нас, мужчина лет сорока пяти, всегда ходил в идеальных костюмах и любил рассуждать о командном духе. Я же, честно говоря, из тех людей, кто предпочитает отработать свое, сдать отчеты вовремя и тихо уйти домой к коту и сериалу. В корпоративных посиделках я не участвовала, сплетни не разводила. Думала, главное — это мои показатели, а они у меня были стабильно высокими.

И вот наступил долгожданный отпуск. Я купила горящую путевку в небольшой уютный отель на побережье, мечтала две недели никого не видеть, плавать и есть фрукты. Прилетаю, захожу в лобби, и первое, что вижу — у стойки регистрации стоит Геннадий Павлович, приобнимая какую-то длинноволосую девицу в розовом сарафане. Я сначала хотела сделать вид, что мы незнакомы. Я вообще в такие моменты теряюсь. Но он меня заметил, растерялся на секунду, а потом махнул рукой и сказал что-то вроде: "Мир тесен, но это же отпуск, верно?".

Мы договорились, что наш отдых — это наша личная территория. Геннадий Павлович отдыхал на полную катушку. Он явно думал, что кроме меня его тут никто не знает, и вел себя как мальчишка, сбежавший с уроков. Я видела его у бассейна то с одной блондинкой, то с другой, то он изображал из себя щедрого мачо в баре. Мне было смешно. Я ни с кем это не обсуждала, просто валялась на шезлонге и делала вид, что ничего не замечаю.

Спустя две недели я, загоревшая и отдохнувшая, вернулась в офис. И тут началось странное. Меня вызывают в отдел кадров. Захожу, а там уже сидит мой сияющий начальник и HR-менеджер. Геннадий Павлович, глядя мне прямо в глаза, заявил, что компания решила со мной расстаться. Официальная версия звучала так: я "не вписываюсь в новую корпоративную культуру", недостаточно гибкая и не умею выстраивать горизонтальные связи в коллективе. Видимо, он испугался, что я могу болтнуть лишнего среди коллег о его отдыхе. Решил так избавиться от риска.

Сначала я растерялась. Сидела дома, ревела, жалела себя. Но потом злость взяла верх. Я вспомнила про отпуск. У меня же был телефон, полный случайных снимков моря и пальм. И среди этих кадров затесались очень пикантные моменты. Там, где Геннадий Павлович обнимался со своими спутницами. Я вспомнила его наглую улыбку при увольнении и решила, что справедливость должна восторжествовать.

Я знала, что его жена, Анна Сергеевна, работает в совершенно другом здании, она финансовый директор в головном офисе. У меня была ее рабочая почта, потому что однажды она что-то рассылала всем сотрудникам по благотворительному сбору. Я накидала простое и вежливое письмо. Без истерик, просто указала даты нашего совместного отдыха и прикрепила несколько фото, где ее муж на фоне морского заката весьма настойчиво зажимает молоденьких практиканток, которых, по слухам, сам же и набирал. Подписалась я коротко: "Не хочу, чтобы из-за такого "командного" человека страдали честные сотрудники".

Прошло буквально четыре дня. Мне позвонил тот самый HR-менеджер, который совсем недавно вручал мне обходной лист. Меня очень аккуратно и предельно вежливо попросили вернуться обратно на мою же позицию. Даже зарплату предложили чуть выше, видимо, в качестве компенсации морального ущерба. Оказалось, Анна Сергеевна была с Геннадием Павловичем не просто в браке, а в таких отношениях, где именно она решала вопросы компании. Главной и в семье, и в бизнесе была она. Узнав про шашни мужа, она не стала устраивать драм, а просто перевела его "в никуда", а точнее, уволила с волчьим билетом за нецелевое использование средств.

Я восстановлена и сижу в своем кресле, хотя совершенно не думала, что моя месть так обернется.