– Зачем этой курице институт? Пусть учится мыть полы, – отчим запретил маме давать деньги на мое обучение

Мать вышла замуж семь лет назад, а уже шесть из них мы не разговариваем. Причина – ее супруг Сергей. Он на полном серьезе считает женщину предметом интерьера.

Мама родила меня в двадцать без мужа, жили мы вдвоем. Мне нравилась наша тихая жизнь, но я была бы рада, если бы у мамы кто-то появился. Однако она никого не приводила и никуда не ходила. Все время и деньги уходили на меня. Для своих лет она была слишком серьезной.

Когда мне исполнилось шестнадцать, на горизонте возник Сергей, ее коллега. Мама расцвела, стала задерживаться после смен. Потом спросила, не против ли я переехать к нему. Я предложила оставить меня в нашей квартире, но мама уперлась: либо едем вместе, либо никак. Пришлось согласиться, чтобы не ломать ей судьбу.

У Сергея была трешка. Мне выделили комнату, и первое время все было терпимо. Он меня не замечал, и это устраивало. Главное, мама выглядела довольной.

Сразу после свадьбы все изменилось. Шел последний год школы, я готовилась к экзаменам по вечерам. Однажды Сергей закатил скандал, что ужин не готов.

– В доме две бабы, а пожрать нечего! – орал он.

Мама сказала, что только вернулась с работы, но его это не волновало. Дальше он переключился на меня.

– А эта курица даже картошки пожарить не может! Зачем ей институт? Пусть учится полы мыть, пока мужа нет.

С каждым днем становилось хуже. Он запрещал маме краситься, выгонял ее подруг, называя их дурами. Если она возражала, он напоминал, что содержит нас, а мы должны молиться на него.

Я умоляла ее уйти. Она лишь вздыхала, что я ничего не понимаю во взрослой жизни.

Наша прежняя квартира сдавалась, деньги копили на мое обучение, ведь поступить на бюджет было почти нереально. Так и вышло – баллов не хватило. Когда встал вопрос об оплате, Сергей заявил, что не даст ни копейки.

– Нечего транжирить деньги на глупости, – отрезал он. – Твое место у кастрюль. Родишь – поймешь. А накопления мы потратим на новую машину.

Я высказала ему все, что о нем думаю, собрала сумку и ушла. Мама потом звонила и требовала, чтобы я вернулась и извинилась перед ее мужем, ведь он столько для меня сделал. Я отказалась. Тогда она заявила, что пока я не одумаюсь, нам не о чем говорить.

Прошло шесть лет. Мама звонит лишь по праздникам, но разговоры длятся минуту. В ее голосе я слышу его интонации. Обидно не то, что она выбрала его. Страшно, что она стала его копией.