Я с детства знала, что никогда не выйду замуж за мужчину «с багажом», но судьба распорядилась иначе

Мы только что вернулись с работы и возились на кухне вдвоем, как обычно. Через месяц у нас годовщина свадьбы – два года. Я до сих пор просыпалась и не верила, что мне так повезло. Спокойный, надежный, без вредных привычек и без скелетов в шкафу.

У меня перед глазами стоял пример собственных родителей. Отчим вечно мотался то к бывшей жене, то к детям от первого брака. Мама плакала, делила его внимание, а я с детства зареклась: никаких мужчин с «багажом». Ни бывших жен, ни внебрачных детей, ни вечных алиментщиков. Я должна быть единственной.

Денис как раз был идеальным вариантом – у него никого до меня серьезно не было, так, студенческие романы. Мы съехались, купили машину, взяли ипотеку. Планировали летом завести собаку, а там и до детей недалеко.

– Вер, – позвал он. – Там сообщение пришло.

Я не придала значения, пока не увидела его лицо.

– Что? Мама? – я подскочила к нему. С сердцем у свекрови было не очень, и Денис всегда боялся ночных звонков.

– Нет, – он отошел к окну.

– Денис, не молчи!

Взгляд у него был растерянный, почти детский.

– Помнишь, я рассказывал про Алину? Мы на первом курсе встречались.

Я кивнула. История была старая, десять лет прошло. Она уехала с родителями, он обиделся и оборвал все контакты.

– Она написала. Говорит, у меня есть сын.

Я села на табуретку. Слова не складывались в голове.

– Этого не может быть. Она врет! Зачем она молчала столько лет?

– Не знаю. Она просит встретиться.

– Даже не думай! – я вскочила. – Это ловушка! Она увидела, что ты женился, что у тебя все хорошо, и решила...

– Вер, прекрати. – он попытался обнять, но я оттолкнула. – Я должен разобраться. Если это мой ребенок, я не смогу жить и делать вид, что ничего не случилось.

Я начала приводить в пример сотни историй, как бабы вешают чужих детей. Денис слушал молча, но я видела, что он уже решил.

– Я поеду один, – отрезал он на все мои просьбы взять меня с собой.

Когда хлопнула дверь, я вылетела в коридор.

– Ну?

– Вер, его Мишей зовут. Он на меня смотрит, и у него моя улыбка. – Денис достал телефон. – Мы завтра идем на тест, но я и так знаю.

Я смотрела на фото мальчика с такими же, как у мужа, вихрами и ямочкой на подбородке, и чувствовала, как внутри все обрывается.

– Что теперь? – спросила я севшим голосом.

– Я буду с ним общаться. Алина ничего не просит, она просто хотела, чтобы мы познакомились.

– Нет.

– Вера...

– Нет, Денис. Я не хочу его знать. Я не хочу, чтобы какой-то чужой ребенок врывался в нашу жизнь. Мы сами заведем детей, своих!

– Он не чужой. Он мой сын.

– Он вырос без тебя! – закричала я. – И дальше проживет! Давай просто поможем деньгами, если им так надо.

Денис покачал головой и ушел на кухню. Я слышала, как он наливает воду в чайник, и понимала – это только начало.

Через две недели пришли результаты. Отцовство подтвердилось. Денис начал ездить к ним, сначала на пару часов, потом на целые дни. Он возвращался уставший, но счастливый, и рассказывал, что Миша любит конструктор и что они ходили в парк. Я затыкала уши, уходила в спальню и плакала в подушку.

Я не выдержала, когда он впервые привел мальчика к нам. Маленький, вихрастый, он смущенно топтался в прихожей и протянул мне коробку конфет: «Здравствуйте, тетя Вера». Я выдавила улыбку, но внутри меня разрывало на части. Я видела в нем не ребенка, а угрозу.

Когда они ушли, я выставила ультиматум.

– Выбирай. Или я, или он.

– Вер, это нечестно. Я не прошу тебя его любить, просто не мешай.

– Я не могу, не хочу его видеть. Я не хочу делить тебя.

– Мы не делим. Просто в моей жизни появился еще один человек.

– Вот именно! – я снова сорвалась на крик. – Появился! А я не хочу делить!

Он посмотрел так, будто принимал решение.

– Тогда нам правда лучше разъехаться.

Я думала, он одумается. Думала, что неделя разлуки – и он поймет, какую чушь сморозил. Но прошел месяц, полгода. Мы развелись. Я осталась в ипотечной квартире, которую мы выбирали вместе. Денис снял двушку поближе к Мише.

Вчера мама сказала: «Вера, а может, зря?». Я впервые не нашлась, что ответить. Может, и зря.