Сестра не постеснялась родителей моего жениха и за минуту обхаяла всё, что я сделала

Руки замерли над вешалками, перебирая ткань. Это платье слишком официальное, это — словно для выпускницы, это — вульгарное. Нужно было найти то самое: чтобы и фигуру подчеркнуло, и не выглядело вызывающе на празднике.

Раньше я махнула бы рукой на первый попавшийся наряд, схватила бы джинсы и футболку. А теперь вот стою в торговом центре уже час, словно от этого куска материи зависит моя дальнейшая жизнь.

– Марин, ну долго ещё? – простонал Игорь, присаживаясь на пуфик у примерочной. – Все одинаковые, возьми любое.

Я выглянула из-за шторки и метнула в него взгляд, полный праведного негодования. Он только усмехнулся в ответ.

– Легче надо к этому относиться. Ну не понравится моей маме твой выбор — и что? Мне же ты нравишься в любом.

Ему легко говорить. Его мама — это отдельный вид искусства. И завтра, на нашем семейном ужине в честь помолвки, я должна выглядеть безупречно.

В кармане завибрировал телефон. Звонила старшая сестра.

– Привет, Кать, – ответила я, продолжая рассматривать кружево на рукаве.

– Привет, невеста! Слушай, я завтра с Пашкой приду. Ты же не против?

– Кать, мы же договаривались. Там только взрослые. Ресторан, заказное меню, музыка. Паше пять лет, ему там делать нечего.

– Ой, перестань. Он будет тихо сидеть в телефоне. Никто и не заметит.

– Я замечу. И официанты заметят. И другие гости, которые, между прочим, своих детей оставили с нянями.

– Ну вы даёте, – возмутилась сестра. – Марин, это свинство. Мы же семья, а ты ведёшь себя как чужая.

Я вздохнула.

– Кать, я не запрещаю тебе приходить. Я прошу не приводить ребёнка. Это разные вещи. Нанять няню на вечер — не проблема.

Она отключилась.

– Сестра? – догадался Игорь.

– Она самая.

Я вздохнула и снова скрылась за шторкой. Катя всегда так делала. Старшая, она считала себя главным экспертом по жизни. И её позиция была проста: «Ребёнок должен быть с матерью всегда, точка».

Игорь прав. Проще надо к этому относиться. Но с его мамой и моей сестрой в одном помещении «проще» не получалось никогда.

Платье я купила. Строгое, в пол, без дурацких рюшей. Игорю понравилось.

Вечер наступил быстрее, всё шло гладко, пока в зал не влетела Катя. Она была одна. Я выдохнула с облегчением, но длилось оно недолго. Сестра подошла к столу и, не поздоровавшись с родителями Игоря, громко заявила:

– Марин, ты не представляешь! Пришлось Пашку к соседке пристроить, она, конечно, женщина надёжная, но я вся извелась. Мало ли что? Так что я ненадолго. Посижу часик и поеду. А что за мрачный ресторан? Электроэнергию экономят?

Она плюхнулась на свободный стул. Мама Игоря повела бровью. Я почувствовала, как краснею.

– Кать, мы, вообще-то, ещё не начинали, – сказала я. – Заказали горячее, будет сюрприз.

– Ой, да ладно, я не голодная. А что это на тебе? Могла бы поскромнее одеться.

В этот момент подошёл официант с шампанским. Катя пододвинула бокал.

– А почему без сока? – спросила она. – Я за рулём.

Я закрыла глаза. Ровно на секунду. Когда открыла, увидела, как будущая свекровь обменивается понимающим взглядом со своим мужем. И тут меня прорвало.

– Кать, – я повернулась к сестре. – Ты приехала на час, без подарка, в джинсах, и уже успела осудить мой выбор ресторана и пожаловаться на соседку, которая, между прочим, согласилась сидеть с твоим сыном. Может, просто выпьем шампанского и порадуемся за меня? Без комментариев?

– Ты что, при всех меня отчитываешь? – выдохнула Катя.

– Нет. Я просто прошу тебя быть сегодня моей сестрой, а не моим контролёром.

Игорь мою руку. А его мама вдруг улыбнулась и подняла бокал.

– Марина, дорогая, я предлагаю тост за твою смелость. Умение говорить «нет» родным — это талант. За тебя.

Катя просидела ещё полчаса, надутая, но молчаливая. А потом уехала, сославшись на головную боль. На следующий день она написала, что я бессердечная эгоистка, и что она не желает меня знать.

Я прочитала, отложила телефон. Через месяц у нас с Игорем была назначена свадьба. И я твёрдо решила, что на ней будут только те гости, которые умеют радоваться за других.