Поехали с семьей брата отдохнуть на майские выходные, а наши жёны чуть не разругались вдрызг

Начало мая выдалось сырым и холодным, но мы все равно поехали на озеро. Мой брат Денис нашел домик по объявлению. Место тихое, если не считать крика уток и гула сосен. Я надеялся выспаться и половить щуку, но уже через час после приезда понял, что тишины не будет.

– Ты с ума сошел? – Лера, жена Дениса, стояла на пороге с подушкой в руках и смотрела на печь. – Тут топить надо, а дрова сырые.

– Ну и что? Затопим к вечеру, – спокойно ответила моя жена Аня, распаковывая сумку с продуктами. – Не в отеле.

– Можно было и сухих набрать по дороге.

– Так набрала бы.

Я переглянулся с Денисом. Тот пожал плечами и вышел на улицу проверять мангал. Я за ним. На веранде пахло старой древесиной и водорослями. Мы молча сели на лавку, глядя на серую гладь озера.

– Надолго их хватит? – спросил я.

– Часа на три. Потом начнут делить кухню.

Так и вышло. К вечеру Аня решила сварить уху из привезенного окуня, а Лера заявила, что рыба пахнет на весь дом и лучше сделать макароны с сыром. Спор шел на повышенных, но каждая фраза врезалась в мозг.

– Окунь свежий, мы вчера купили, – говорила Аня, помешивая бульон.

– Свежий, но запах останется в одежде.

– Это же природа, Лер. Тут все пропахнет дымом и травой.

– Моя куртка – нет. Я ее только забрала из химчистки.

Денис в этот момент демонстративно чистил картошку, стараясь не поднимать головы. Я подумал, что еще пара таких вечеров и мы не выдержим.

Утром я проснулся от стука в дверь. На крыльце стоял сосед — дед лет семидесяти в брезентовой куртке и резиновых сапогах.

– Мужики, вы там потише телевизор включайте. У меня невестка с грудным ребенком, – сказал он без злобы, но строго.

– Мы не включали, – удивился я.

– Ну значит, дети орали или кто-то ругался. Ветер все звуки несет.

Я извинился и пообещал следить за шумом. Когда закрыл дверь, Лера уже стояла у окна и хмурилась.

– Прекрасно. Теперь мы как цыганский табор.

– Лер, дед просто попросил тишины. Ничего страшного.

– Да я не о нем. Просто все как-то не клеится.

Она ушла на веранду, а Аня вышла из комнаты с расческой в руках.

– Что опять?

– Сосед приходил. Просил не шуметь.

– Мы и не шумим.

Я вздохнул и пошел заваривать чай. На кухне обнаружил, что пропала пачка печенья. Спросил у Дениса, тот пожал плечами. Оказалось, Лера выбросила ее в ведро, потому что там была просрочка на два дня.

– Ты серьезно? – Аня посмотрела на ведро. – Это печенье, а не сметана.

– Я не ем просрочку, – отрезала Лера. – И вам не советую.

– Да там срок до позавчера. Ему ничего не сделалось.

Денис опять сделал вид, что интересуется видом из окна. Я понял, что пора что-то менять. Предложил прогуляться вдоль озера вчетвером.

Мы шли по тропинке. Впереди Аня и Лера молча смотрели на воду, сзади мы с братом пинали шишки. Где-то за поворотом нашли старое кострище и решили развести огонь. Денис достал из кармана зажигалку, я наломал сухих веток.

Лера вдруг села на поваленное бревно и достала из сумки термос.

– Чай будете? Правда, в пакетиках.

– Давай, – улыбнулась Аня. – Я кружки взяла.

Они начали разливать чай, передавать друг другу сахар. Никто не вспоминал ни печенье, ни куртку. Денис подбросил в костер еловую лапу, пламя зашипело и взметнулось вверх.

– Помнишь, как мы в детстве картошку в углях пекли? – спросил он меня.

– Ага. И дедова куртка прогорела.

– Он нас потом заставил грядку полоть.

Я засмеялся, вспоминая, как мы два часа выдергивали мокрицу, а потом ели ту самую картошку с солью. Над озером поднимался туман, догорали последние ветки, и было слышно, как где-то далеко тарахтит моторная лодка.

Возвращались в темноте, подсвечивая себе дорогу телефонами. Когда я вышел на веранду покурить, рядом встал Денис.

– Нормально день прошел, – сказал он.

– Нормально. Завтра на рыбалку пойдем?

– Пойдем. Лера с Аней уже договорились завтрак готовить вместе. Яичницу с помидорами.

– Мир?

– Мир. До следующих просроченных печений.

Мы рассмеялись. В доме горел свет, и сквозь занавески было видно, как наши жены накрываю стол к ужину. Я подумал, что это и есть тот отдых, ради которого мы сюда ехали. Только не с шашлыками, а с сырыми дровами, соседскими замечаниями и костром у воды.