– Ночуй на улице, – свекровь закрыла дверь изнутри, когда я поехала в магазин, и не пустила домой

В тот вечер я впервые пожалела, что мы купили дом с отдельной комнатой для гостей. Свекровь обосновалась в ней прочно, словно приехала не погостить, а доживать свой век.

– Игорь, ну зачем ты ей ключи отдал? – спросила я мужа, когда мы остались на кухне.

– Ален, не начинай. Мама поживет немного, присмотрится, как мы тут обустроились, – он чмокнул меня в щеку и ушел собирать документы.

Наш бизнес Игорь открыл пять лет назад. Я тогда сутками сидела с клиентами, тащила на себе всю бухгалтерию, пока он ездил на встречи. Мы влезли в долги, экономили на всем, даже свадьбу гуляли скромную – двадцать человек в столовой. А свекровь тогда сказала: «Дело ваше, я бы на вашем месте не рисковала». И не дала ни копейки.

Теперь, когда дела пошли в гору, Валентина Петровна вдруг вспомнила, что мы семья. Приезжала каждый месяц: то давление у нее скачет, то соседи залили. Игорь отпрашивался с работы, возил ее по больницам, покупал лекарства.

Утро, когда Игорь уехал в командировку, началось с того, что свекровь застала меня в гостиной с рулеткой.

– Это еще что? – спросила она, подозрительно сощурившись.

– Хочу переставить диван к окну, а у стены поставить стеллажи с цветами. Давно мечтала о зимнем саде.

– Цветы? – переспросила она так, будто я сказала «крокодилы». – Никаких цветов. У меня на пыльцу аллергия. И диван трогать не смей, он удобно стоит.

– Валентина Петровна, это мой дом. Я здесь хозяйка.

– Твой? – она засмеялась. – Дом моего сына. А ты просто при нем. Пока он работает, ты придумываешь глупости.

Я промолчала. Просто развернулась и уехала в магазин за цветами. Купила сразу десять кашпо. Представляла, как расставлю их на новых стеллажах.

Когда вернулась, дверь была заперта изнутри. Я дергала ручку, звонила – ноль реакции.

– Валентина Петровна, открывайте! – крикнула я.

– Я же сказала – никаких цветов. Будешь ночевать на улице. Или езжай к матери. А когда сын вернется, мы решим, нужна ли ты нам вообще.

– Вы не имеете права!

– Имею. Я мать. А ты кто? Так, временная женщина.

Я пыталась дозвониться до Игоря – абонент был вне зоны. Села в машину и уехала в гостиницу.

Игорь примчался на следующий день. Я даже не спросила, как он все бросил.

– Прости, – сказал он. – Я поговорю с матерью.

– Игорь, если она останется, я уйду. Честно. Я больше не могу.

Он уехал в загородный дом один. Я ждала несколько часов, пока он не позвонил.

– Ален, приезжай. Я все решил.

Когда я вошла, свекровь сидела, а рядом стояли мои цветы – все десять горшков.

– Мама хочет извиниться, – сказал Игорь.

Валентина Петровна поджала губы.

– Прости, Алена. Я погорячилась. Живите, как хотите.

Она говорила это так, словно гвозди грызла. Я кивнула и пошла ставить цветы. А через пять минут услышала ее шепот в телефонную трубку:

– ...представляешь, он на нее дом оформил! На чужую бабу, понимаешь? А я, мать, останусь ни с чем? Нет, я так просто не сдамся. Пусть думает, что я смирилась, а там видно будет...

Я тихонько отошла от двери и отправила Игорю смс: «Твоя мама только что говорила по телефону, что не оставит попыток меня выжить. Я все слышала».

Он прочитал сообщение и прошел в гостиную к матери. Я не слышала, что он ей сказал. Но через полчаса она вышла с чемоданом. Уже в дверях обернулась и бросила на меня такой взгляд, что мне стало не по себе.

– Доиграешься, – прошептала она. – Ничего, жизнь длинная.

Я закрыла за ней дверь и повернулась к Игорю.

– Что теперь будет?

– Ничего, – он обнял меня. – Я отправил её в санаторий на два месяца. За свой счет. Пусть отдыхает. А мы пока подумаем, как сделать так, чтобы в следующий раз ей просто не захотелось к нам приезжать.