– Жизнь меня здорово потрепала, – муж сказал, что многое понял, и рассчитывал переехать обратно

Сын уехал к друзьям на дачу, а я планировала провести вечер за сериалом. Неожиданно в дверь позвонили. На пороге стоял Олег с астрами, которые я ненавижу.

– Привет, – сказал он, переминаясь с ноги на ногу. – Можно войти? Я по делу.

– Если ты забыл что-то, то его здесь этого нет. Я всё выбросила.

Он криво усмехнулся и шагнул через порог, не дожидаясь приглашения. Прошёл на кухню, положил цветы на стол и повернулся ко мне.

– Я хочу попросить у тебя прощения. Не ради галочки. Мне правда нужно, чтобы ты меня простила.

– Ого. Ты попал под машину? Или у тебя нашли неизлечимую болезнь? Обычно такие озарения случаются перед чем-то серьёзным.

– Зря ты так, – он потупил взгляд. – Я просто многое понял. После того как мы расстались, жизнь меня здорово потрепала.

– И поэтому ты приполз сюда? Чтобы я погладила по головке и сказала: «Ты хороший»? Олег, после развода четыре года прошло. Ты не звонил, не интересовался, как мы с сыном вообще выживаем. А теперь – прощения просить?

Он тяжело вздохнул и сел.

– Знаешь, я же думал, что всё правильно делаю. Что я – добытчик, глава семьи, имею право на личное пространство и личные деньги. А потом оказался один. И понял, что не умею готовить, стирать рубашки и даже записаться к врачу для меня целая проблема.

– Бедненький, – я не сдержала иронии. – Так тебе не столько прощение нужно, сколько услуги. Ты пришёл не каяться, а искать бесплатную сиделку.

– Нет! – он даже подскочил. – Я пришёл сказать, что ты была права во всём. Я скрывал от тебя половину зарплаты, тратил на всякую ерунду, а потом ещё и заявил, что это мои деньги и я никому не обязан отчитываться. Я был дураком.

– Это не новость, – я кивнула. – А что случилось с твоей Леной, ради которой ты уходил по вечерам, якобы на тренировки?

Олег поморщился.

– Она нашла себе другого. Сказала, что я слишком скучный и жадный. Даже носки у неё воровал.

Я не удержалась и рассмеялась, потому что ситуация была абсурдной. Когда-то этот мужчина стоял надо мной с выпученными глазами и доказывал, что женщина должна быть благодарна уже за то, что её терпят. А теперь он жаловался.

– Хорошо, – сказала я, отсмеявшись. – Допустим, я тебя прощаю. Что дальше?

Олег оживился, его глаза загорелись.

– А дальше мы могли бы всё начать заново. Ну, как в кино. Я перееду обратно, буду тебе помогать, сына в школу водить…

– Стоп, – я подняла ладонь. – Ты перепутал меня с гостиницей. У меня, знаешь ли, тут уже всё сложилось. Ремонт сделан, график отлажен, сын занимается робототехникой и не плачет по ночам, вспоминая твои крики.

– Какие крики? Я никогда не кричал! – возмутился он.

– Ты орал на меня за то, что я купила дорогой сыр. За то, что я забыла выключить свет в коридоре. За то, что я посмела спросить, куда делись пять тысяч из кошелька. Это называется криком, Олег. Или у тебя память отшибло?

Он замолчал. От букета астр пошёл тяжёлый, приторный запах. Такой же фальшивый, как и вся эта сцена.

– Я исправлюсь, – тихо сказал он. – Клянусь.

– Знаешь, в чём твоя проблема? – я открыла окно. – Ты не умеешь проигрывать. Ты проиграл, когда решил, что я твоя собственность. Потом ты проиграл, когда ушёл к Лене и она тебя выставила. А теперь ты пришёл, чтобы отыграться. Но я не игрок. И жить с тобой снова – это не про любовь или прощение. Это про страх, что ты снова сядешь мне на шею.

– Но сын же… – начал он.

– Сын звонит тебе раз в две недели, потому что так велит вежливость. Ты даже не знаешь, какую книгу он сейчас читает или какая у него оценка по физике. Не прикрывайся ребёнком.

Олег посмотрел на меня с такой тоской, что на секунду мне стало почти жаль его.

– Я прощения просил, – сказал он осипшим голосом. – Ты же сказала, что простишь.

– Я простила, – спокойно ответила я. – Иди и живи спокойно, но без меня. Я не храню чужие вещи и не реанимирую прошлое. Оно умерло, Олег. И у него нет шансов.

Я взяла его за локоть и вывела в прихожую. Он не сопротивлялся, только на пороге обернулся и спросил:

– А как же мы?

– Никак, – я открыла дверь. – Ты сам выбрал дорогу без меня. Иди по ней дальше.

Дверь захлопнулась. Цветы отправились в мусорное ведро. На душе было спокойно – ни злости, ни обиды. Только радость от того, что я больше не чья-то запасная площадка.