– Я больше не хочу вас здесь видеть! – выгнала мать с сестрой из своей квартиры, когда они попытались избавиться от меня

Я проснулась от звонка в дверь. За ней стояли мама, моя сестра Маша и её четырёхлетний сын Тима. На их лицах была усталая беспомощность. 

— Заходите быстрее, тепло выходит, — поспешно произнесла мама, втягивая их в прихожую. 

Я молча наблюдала, как они снимают куртки. Всего три дня назад Маша, рыдая, сообщила по телефону, что супруг выгнал их. Его квартира, его правила. Теперь им некуда было идти. 

Сердобольное материнское сердце не выдержало. Не спросив моего мнения, мама решила, что мы обязаны приютить несчастных. Эта двушка, доставшаяся мне от отца, внезапно стала общим пристанищем. Отец оформил жильё на меня, предвидя, что после его ухода мама может быстро найти нового спутника. Так и случилось. В том браке родилась Маша. Но и второй семейный союз мамы рассыпался, не выдержав её нрава. 

Я была поглощена другим — дипломом и подработкой. Сон стал редкой роскошью. 

Первые дни прошли тихо. Маша и мама часами обсуждали коварство мужского рода, находя в этом болезненное единение. 

— Представляешь, он даже не позвонил! — всхлипывала сестра. — Как я одна с малышом? 

Мне было не до сочувствия. Учеба и работа заполняли все мысли. Вскоре начались «просьбы». 

— Я в салон, Тёма с тобой, — бросила Маша, уже надевая сапоги. 

— Я занята, — попыталась я возразить. 

— Ой, отложи свои бумажки! — фыркнула она, исчезая. 

Мама, как всегда, поддержала младшую: 

— Дай сестре передохнуть, ей тяжело. Ты не устанешь, погуляешь с племянником. 

Но когда подобное стало повторяться ежедневно, терпение лопнуло. После очередного срыва моего рабочего дня я устроила разборки. 

— У меня своя жизнь, Маша! Я не бесплатная няня! 

— Какая жизнь? Вечно ты в своих бумагах! — парировала сестра. 

— Она родная кровь, ты должна помогать! — вступилась мама. 

— А кто должен помогать мне? — спросила я. — Кто оплатит счета? 

Наступило короткое затишье. Я наивно решила, что меня услышали. Однажды, выйдя из душа, я наткнулась на записку на зеркале: «Встречаюсь с подругой, Тёма спит». Ребёнок мирно сопел в зале. Безмолвный ультиматум. 

Тогда я совершила то, что считала недопустимым. Быстро собралась, отнесла сонного Тёму к соседке-пенсионерке, упросив посидеть с ним час. На работе отправила сестре СМС: «Ребёнок у Анастасии Ивановны. Забери. Больше так не делай». И отключила телефон. 

Возвращалась домой, чувствуя камень в груди. Скандал грянул мгновенно. 

— Ты бросила ребёнка у чужих! Бессердечная! — встретила меня мама. — Маша из-за тебя чуть не поседела! 

— Выслушайте меня хоть раз, — начала я, но меня перебила сестра. 

— Тебя не просили! Ты сама всё на себя взяла! 

А утром за чашкой кофе услышала: 

— Нам здесь тесно, — заявила мама. — Мы с Машей и ребёнком остаёмся. А тебе в моей комнате в общежитии будет вполне уютно. Ты одна, тебе много не надо. 

Я остолбенела. 

— Ты серьёзно? Это моя квартира. 

— Моя! — вспыхнула мама. — Я тут хозяйка! Радуйся, что не вышвыриваю на улицу! 

Я не выдержала. 

— Нет. Это моё жильё. Мой отец оформил его на меня. И я больше не хочу вас здесь видеть. У вас есть сутки, чтобы собрать вещи. 

Начался хаос, угрозы, но я стояла на своём. Через два дня они ушли. На следующее утро я заказала новые замки. Отец, подаривший мне этот кров, был прав. Иногда самые прочные стены приходится возводить не на бумаге, а в собственной жизни.