– Возьму у вас в долг на квартиру, верну из пенсии, – объяснила свекровь, решив переехать в город поближе к нам

Мы с Кириллом женаты шесть лет, а его мама, Марина Сергеевна, всё это время жила одна в старом доме в пригороде. Виделись мы нечасто, и меня это вполне устраивало. После смерти свёкра всё изменилось. Сначала это были лишь грустные вздохи в телефонных разговорах, а потом она прямо заговорила о переезде в наш район.

Однажды вечером, за чаем, она всё выложила.

– Я решила, – сказала Марина Сергеевна твёрдо. – Старое жильё продам и перееду к вам поближе. Хочу чаще видеться.

– Мам, это сложно, – осторожно начал Кирилл. – Твою халупу купят недорого. На новую квартиру не хватит.

– А я подсчитала, – воодушевилась она. – Возьму у вас в долг недостающую часть. Буду возвращать из пенсии.

Я не выдержала:

– Вполне, – кивнула свекровь. – Буду рядом. Это же замечательно!

После её отъезда мы с мужем начали спорить.

– Ты представляешь, она будет здесь каждый день? – возмущалась я. – У нас своя жизнь, Кирилл!

– Она одна, Ксюша! – повышал голос он. – Я не могу бросить её в той глуши.

– Так купим ей помощницу, компьютер, что угодно! – предлагала я отчаянно.

– Собаку, что ли? – огрызался муж. – Ты просто её не принимаешь.

Самым болезненным был финансовый вопрос.

– Она никогда не отдаст эти деньги, – говорила я. – Её пенсии едва на жизнь хватает.

– Я и не собираюсь брать с матери деньги, – признался как-то Кирилл. – Квартира в итоге останется нам. Разве это не выгодно?

Меня бесила такая логика. Эти средства могли пойти на нашу поездку, на ремонт. А теперь они заморожены в чужом жилье. И главное – она будет рядом. Моя фантазия рисовала бесконечные чаепития, советы по воспитанию будущих детей и её грустные глаза у нашей двери.

Кирилл, однако, загорелся этой идеей. Через месяц он объявил:

– Нашёл вариант! Однушка в двух остановках отсюда. Хозяева уезжают, продают с мебелью. Маме не придётся ничего везти.

– Пока не продам, – пожал он плечами. – Может, оставим как дачу.

Марина Сергеевна переехала стремительно. Я приготовилась к осаде, но её не последовало. Неделя, другая – тишина. Она не звонила каждый день, не приходила без предупреждения.

Как-то я спросила Кирилла:

– Твоя мама в порядке? Мы её почти не видим.

– В полном, – засмеялся он. – Записалась на танцы для пенсионеров, в клуб любителей театра. Говорит, подруг больше, чем за всю жизнь в пригороде.

Я была ошарашена. Вместо того чтобы влиться в нашу жизнь, она построила свою – насыщенную и шумную. Иногда мы встречались в кафе, и она с восторгом рассказывала о новых спектаклях и поездках с подругами. Она помолодела на глазах.

Однажды мы поехали в её старый дом, чтобы вывезти последние коробки. Смотрю на Кирилла – он ходит по пустым комнатам с тихой грустью.

– Продавать не буду, – сказал он вдруг. – Давай будем приезжать сюда летом. Грибы собирать, шашлыки делать.

Я хотела возразить, что нам не нужны лишние хлопоты, но увидела его лицо. Это был не просто дом. Это была его память.

– Ладно, – вздохнула я. – Только ремонт тут делать будешь сам.

В машине, по дороге назад, я думала о том, как всё вышло. Мои страхи оказались пустыми. Марина Сергеевна нашла себя без нашего участия. А этот дом… Может, и правда, он станет нашим тихим местом, где нет ни города, ни свекрови, ни суеты. Просто я, Кирилл и запах старого дерева. Пока не знаю, соглашусь ли я на это окончательно, но готова попробовать.