- Не хочу, чтобы она скрывалась, - сестра разрешает своей дочери-подростку курить, а мне страшно свою дочь отпускать в такую компанию

С моей родной сестрой у нас всегда отличались взгляды. Я была послушной с самого детства, не нарушала запретов родителей.

Мила же была бунтаркой. Ей никакие запреты не могли помешать выполнить задуманное. Она от родителей многое скрывала.

Когда выяснилось, что она курит, что иногда с друзьями она может выпить, тут же был скандал.

Мила тогда наказана была, ее никуда не пускали, кроме школы.

- Поступлю в институт и не буду ни дня жить с родителями, - говорила младшая сестра.

Сразу после окончания школы Мила сняла с подругами квартиру. Она подрабатывать стала, чтобы свои деньги иметь какие-то. И это позволило ей отделиться от родителей.

С тех пор сестра ничего у мамы и папы не спрашивала. Она сама как-то решала свои проблемы, говорила, что не будет ни на кого рассчитывать, кроме себя.

Я не была такой категоричной. Я вышла замуж, родила дочку. И родители мои с Кирой видятся, общаются. Я рада, что у дочери такие бабушка и дедушка есть.

Мила замуж вышла, когда была на последнем курсе университета. В то время у нее отношения с родителями выровнялись, но доверия настоящего в них не было.

- Они все только запрещать умеют, - сказала сестра. – Я так не буду себя вести по отношению к своему ребенку.

Я сказала сестре, что посмотрю на нее, когда она мамой станет. Я была уверена, что она по-другому запоет тогда.

Родила Мила на год позже меня. И у них с Артуром появилась на свет дочка. Назвали девочку Снежаной.

Мы с сестрой стали чаще видеться, когда она стала мамой. Все-таки Миле советы нужны были, за которыми она ко мне приходила.

Сначала сестра моим рекомендациям следовала. Но потом, когда ее дочка подросла, она сама стала справляться.

- Ты маму нашу мне напоминаешь, - сказала Мила как-то раз. – Ты тоже все готова запретить ребенку. Какой смысл тогда в детстве? В это время только можно быть по-настоящему счастливым.

Я была удивлена. Но в то же время я понимала, что у сестры могут быть свои представления. Надо сказать, что ничего такого ужасного ее Снежана не просила и не делала, поэтому можно было не бить тревогу по поводу отсутствия запретов.

Сейчас Снежане 15 лет. И уже год я боюсь отпускать к ней в гости мою Киру. Почему? А потому что у племянницы моей вообще нет никаких запретов. Мила позволяет ей абсолютно все. Узнала я об этом случайно.

Как-то мы с мужем ехали из магазина. И я увидела, что дочь сестры курит. Я тут же позвонила Миле, сообщила об этом. Сестра спокойно отреагировала.

- А что такого в этом? Подросткам можно попробовать все. Не хочу, чтобы она скрывалась. Поэтому я и разрешаю ей. Так между нами доверие полное.

Нет, я не понимала этого. Так и алкоголь можно разрешить подростку. Но что в этом хорошего?

- А что плохого? – спросила Снежана. – У нас правило, что дочь может пробовать любые алкогольные напитки, но только дома в нашем присутствии. Странно, что у тебя такое же не практикуется.

Я не стала спорить с Милой. Что толку от этого? Я лишь пожелала ей, чтобы ее дочь не пошла по наклонной.

После того разговора мы месяц не общались. Но потом Мила все же позвонила мне. Она сказала, что у Снежаны день рождение, что на своем празднике она хочет видеть мою Киру.

- Девочки в кафе посидят, пообщаются. Я оплачу все, закажет сама твоя дочка, что захочет.

Я хотела согласиться уже, но потом вспомнила, как воспитывает свою дочь сестра. И поэтому я сказала, что рядом со Снежаной моей Киры не будет.

- Ты с ума сошла? Сестры должны общаться.

Я сказала, что не хочу, чтобы у моей девочки появились вредные привычки, поэтому не буду отпускать ее в компанию, где есть курящие.

- Я не удивлюсь, что и твоя Кира курит, но скрывает это от такой зануды, которой ты являешься, - сказала мне Мила.

Я не спорила с сестрой, а положила трубку. Моя Кира не расстроилась. Она сказала, что у Снежаны нет никаких тормозов, поэтому она ее знать не хочет.

- У нее такая компания, которая только про развлечения  и гулянки говорит, - заметила Кира. – Что мне там делать? У меня подруги есть для общения.

Я только переживаю за наших родителей. Не хотелось бы, чтобы они узнали о методах воспитания Милы. Их удар хватит от такой информации.