Дочь хочет ехать в столицу поступать, но сама даже на местности не ориентируется и решать бытовые проблемы не умеет

Наша с Мишей дочь к творчеству с раннего детства проявляла интерес. Особенно она рисовать любила. Это она делала, когда еще в сад не пошла.

С 3 лет у Ани кружки начались разные. Она увлеклась танцами, но про кисточки и краски не забыла все равно.

Когда Аня училась в начальной школе, у нее обнаружились склонности к точным наукам. И учительница на этом акцент неоднократно делала.

В 5, 6 классах дочь изучала математику, физику, на факультативы ходила. Когда у нее появилась возможность пойти в профильный класс, она это сделала. И была она отличницей, получала одни 5 по всем предметам.

Аня рисование не забросила при всем этом. Она ходила в художественную школу, там успехи делала.

- Она очень талантливая, - стали говорить педагоги мне. – Ей нужно развиваться в творчестве.

Я всегда думала, что у дочки будет серьезная профессия, но настаивать на своем я не собиралась.

Когда Аня объявила, что она пойдет учиться на дизайнера, а сделала она это, будучи в 10 классе, мы с мужем поддержали ее.

- Только я не хочу в наш технологический поступать, - сказала дочь. – Мне в Москву надо. Там есть специальность, которая мне интересна.

Аня стала готовиться к экзаменам. Мы с мужем оплачивали ей репетиторов. И курсы по рисованию она еще проходила. Они в основном по карману нашему ударили.

- Там конкурс высокий, она не поступить может, - говорил Миша.

Этот прогноз стал реальностью. Аня не прошла даже на платное отделение, когда выпустилась из школы. И она сильно расстроенной приехала из столицы.

- Иди в наш университет, - сказала я. – Там выбери чуть другое направление дизайна и учись.

Аня подала документы, легко по конкурсы прошла со своими баллами. И с сентября того года она стала учиться.

Через несколько месяцев она утратила интерес к занятиям. Я на это обратила внимание, а Аня сказала, что будет в следующем году пробовать.

- Пока что буду готовиться, - сказала дочь.

Аня занималась сама, с репетиторами. Учебу в ВУЗе, где она училась, она забросила окончательно к середине зимы, когда первая сессия к концу подходила уже. Ее она сдала, как и следующую, но на низкие баллы.

Все было бы ничего, я бы отпустила дочь в Москву без вопросов, но она же показала, что нельзя этого делать.

Зимой Аня к репетиторам ходила, как я уже сказала, а еще и своими какими-то делами занималась. Как-то ей нужно было очки новые заказать. И она пошла в оптику, которую я порекомендовала ей.

- Мама, где эта оптика? – позвонила мне Аня. – Ее нет здесь.

Я объяснила дочери еще раз, но она не поняла, куда идти. Даже по карте в Интернете она не смогла сориентироваться.

- С тобой пойдем в следующий раз, - сказала она.

Пришлось мне с ней тащиться вечером, чтобы заказать очки. Я злилась, потому что в 18 лет дочь была совершенно беспомощной.

И случай такой не единичный был. Когда Ане сколиоз поставили и назначили ЛФК, она не смогла найти кабинет, куда на занятия нужно идти. Опять пришлось вести за ручку.

- А спросить у кого-то ты не додумалась? – возмутилась я.

Ане все равно было. Потом она в магазине нужный продукт не могла найти, потом она не туда заехала на автобусе и не могла выбраться.

Мои нервы постепенно сдавали. И к концу второй сессии, на которую я дочь заставила пойти все-таки, я сказала, что не пущу ее в Москву.

- Ты элементарные проблемы не можешь решить, - сказала я. – Как ты в большом городе будешь?

Аня в слезы кинулась, сказала, что поступать будет, даже если я буду против.

- А если ты не станешь меня содержать, то я работу найду, буду совмещать ее с учебой, - сказала Аня.

Мне смешно стало. Как такой человек работу найдет? Меня с собой на собеседование возьмет?

Аня поехала все-таки в Москву, поступить смогла, но платно. Я сказала, что учебу оплачивать не буду, потому что это очень дорого для нас.

- Учись там, где учишься сейчас, - сказала я Ане.

Дочь вернулась в наш город, со мной не разговаривала даже месяц или полтора. Но потом она опять мелочь какую-то не смогла сама сделать, поэтому обратилась ко мне.

Не знаю, как дочь дальше будет жить. Миша тоже не представляет этого. Она же даже учиться не хочет справляться с повседневными задачами.