— Теперь могу себе позволить, — благодаря мне подругу повысили на работе, а она перестала со мной здороваться

На третьем курсе я поняла: хватит сидеть на шее у родителей. Стипендия — копейки, а мне хотелось свои деньги. Не на что-то серьёзное, а просто на спокойствие: чтобы не отчитываться за кофе. Жила я тогда с однокурсницей Кристиной. Квартира у нас была маленькая, но уютная, и платили мы пополам.

Кристина — это вечный двигатель. Громкая, яркая, везде успевает. Я рядом с ней чувствовала себя серой мышкой, но меня это устраивало.

Однажды я шла мимо кондитерской в соседнем доме и увидела на двери листок с вакансией. Зашла, поговорила с управляющей — меня взяли. Кристина, узнав, тоже загорелась. Через неделю мы уже вместе выходили на смены.

Работа была простая: зал, касса, витрина. Кристина воспринимала её как игру. Могла опоздать на полчаса, потому что «не в настроении», или нахамить посетителю, если тот слишком долго выбирал пирожное.

Я же старалась не подводить. Если Кристина отпрашивалась, я брала её смены. Иногда уставала, но злиться не получалось — она умела быть обаятельной.

Спустя год управляющая позвала меня в кабинет.

— Марина, я хочу предложить тебе должность администратора, — сказала она.

Я растерялась:

— Я же ещё учусь. И опыта у меня нет.

— Зато есть голова на плечах. Ты ответственная, я вижу, как ты работаешь.

Предложение было лестным, но я понимала: администратор — это график, отчёты, звонки. Учёба пострадает. Я попросила пару дней на раздумья и вечером всё рассказала Кристине.

— Слушай, а может, ты откажешься? — вдруг выдала она. — Тебе же учёба важна. А я бы справилась. Ты же сама говорила, что после универа уйдёшь из кондитерской. Ну пожалуйста!

Она давила на меня три дня. В итоге я сдалась. Пошла к управляющей и порекомендовала Кристину. Сказала, что она справится.

Через неделю Кристина стала администратором. И как будто переключили тумблер. В зале она перестала со мной здороваться. На парах садилась с другими. А вчера объявила:

— Я съезжаю. Надоело ютиться. Теперь могу позволить себе нормальное жильё.

Я не стала спорить, помогла ей собрать коробки.

Больше всего меня злит не её холодность. А то, что это я её туда продвинула. Своими руками. Но, с другой стороны, хорошо, что так вышло сейчас, а не через десять лет. Я бы тогда потеряла гораздо больше.