Мои родители принципиально хотели разделить расходы на свадьбу поровну, но у родителей невесты не было таких средств

Звонок отца застал меня в тот момент, когда я выбирал в интернете костюм. Голос в трубке был деловитым, без лишних эмоций.

– Слушай, мы с мамой тут прикинули расклад. Свадьба – штука затратная. Ты уже думал, какую долю берет на себя ее семья?

– Пап, мы не бизнес-план составляем.

– А зря, – включилась в разговор мать на фоне. – Это нормальная практика. Если мы оплачиваем ресторан, пусть они думают про музыкальное сопровождение и выкуп. Чтобы было по справедливости.

Мы с Леной обсуждали это как-то мимоходом. Ее родители – люди скромные, живут от зарплаты до зарплаты, готовы были помочь чем угодно: временем, руками, идеями, но денег у них не было.

Вечером я набрал Лену.

– У нас возник небольшой вопрос по бюджету. Мои предлагают распределить расходы.

В трубке повисла пауза, которую я боялся больше всего. Когда она заговорила, голос ее звучал будто издалека.

– Они хотят, чтобы мои родители вписались в чек? Ты же знаешь, папа недавно ремонт в квартире делал, мы копим на новую машину.

– Я пытался объяснить, что это не принципиально.

– Принципиально им, – перебила она. – Они хотят свадьбу «на равных». Но равных условий не бывает, бывает только желание сделать друг другу приятно.

Я представил, как она сейчас сердится. Как месяц назад мы смеялись над дурацкими конкурсами тамады, решив, что у нас будет просто ужин с живой музыкой, без этого официоза.

На следующий день я приехал к родителям.

– Вы ставите меня в дурацкое положение. Я не могу прийти к ее отцу и сказать: «Сколько у вас есть?».

Мама поправила скатерть.

– Мы не просим золотых гор. Но если ее папаша такой принципиальный, пусть хотя бы рассчитается за аренду. Это символическая сумма.

– Символическая для нас. Не для них, – отрезал я. – Или вы боитесь, что соседи скажут, будто вы купили мне жену?

Отец крякнул.

– Не говори ерунды. Мы просто заботимся о том, чтобы никто не сидел у тебя на шее.

– На шее? – я даже рассмеялся. – Она врач-физиотерапевт, между прочим. Она мне руки ставит после тренировок. А вы говорите про «сидеть на шее».

Мама поджала губы.

– Мы хотим как лучше.

– Лучше – это когда не ставят условий, – сказал я.

Я ушел и два дня мы не разговаривали. Я метался по квартире, чувствуя себя предателем. С одной стороны, я понимал родителей: они всю жизнь копили, откладывали. Для них мир держался на балансе «ты – мне, я – тебе». С другой стороны, я прекрасно помнил, как сам чуть не порвал с Леной на первом году из-за глупого спора. Теперь она была для меня всем, и я не хотел, чтобы этот торг разрушил нас.

Я погрузился в работу, но мысли возвращались к одному и тому же. Мы с Леной мечтали о скромной церемонии, без лишних глаз. А сейчас все свелось к бухгалтерскому отчету.

Родители молчали неделю. В пятницу вечером отец приехал ко мне сам. Он редко ездил без мамы, и его визит выглядел странно.

– Мы дураки, – сказал он просто. – Твоя мать, конечно, упрямилась, но я ей вправил мозги. Или она мне. Короче, мы наговорили лишнего.

– Я не хочу свадьбы, которая начнется с разборок, – ответил я.

– И не надо. Мы уже созвонились с ее отцом. Вместе сходили в баню. Хороший мужик, кстати.

Я опешил.

– Что, правда?

– Правда. Мы договорились: вы делаете праздник для себя, а мы просто присутствуем. Никаких долей и процентов. Хотите играть свадьбу в палатке на берегу – ради бога. Мы и шампанское свое принесем.

Отец встал, хлопнул меня по плечу.

– Ты извини нас. Мы так привыкли жить с калькулятором в голове, что забыли: семья – это не актив и не пассив. Это когда вы друг за друга.

Свадьбу мы сыграли. Небольшой домик у реки, два десятка гостей, гитара и простой белый торт. Мама, вопреки моим ожиданиям, взяла на себя цветы и сделала очень красиво. А тесть, тот самый инженер-конструктор, натянул гирлянды так, что они освещали всё до рассвета.

Самое ценное в этой жизни вообще не имеет цены. А все остальное — просто бумажки, ради которых не стоит ссориться с теми, кого любишь. Родители теперь частенько приезжают к нам на шашлыки, и мой отец с ее отцом могут часами спорить о качестве стали в мангалах, чувствуя себя не родственниками поневоле, а лучшими друзьями.