- Квартиру снимайте, - сказала моя умная подруга, зная, что у меня нет денег, когда мою дочь в общаге обворовали

Моя дочь Арина всегда хорошо  училась. В старших классах она стала изучать английский язык, еще на курсы немецкого записалась.

- Буду на переводчика учиться, - сказала мне дочь.

ВУЗ дочь выбрала. Он в соседнем городе находился. Об этом заведении отзывы хорошие писали. У некоторых моих знакомых там когда-то дети учились. И они тоже хорошо говорили о заведении и преподавателях.

Я понимала, что дочь сможет в другом городе учиться, только если поступит на бюджет и место в общежитии получит. Это я озвучила ей.

- Я буду стараться на ЕГЭ, - сказала Арина.

Дочь хорошо сдала все предметы, которые требовалось, подала документы в университет и прошла по конкурсу на бюджет.

- Общежитие дадут, - сказала дочь.

Все складывалось просто прекрасно. Арина до конца лета была дома. Потом уже я отправилась с ней в город, где она будет учиться, когда нужно заселяться в общежитие.

В комнате с Ариной оказалась еще одна девочка. Она представилась Ритой. Мне она сразу показалась нормальной и спокойной. Но обманчивым было это впечатление.

Уже через неделю в разговорах с Ариной стало проскакивать, что соседа по комнате ей мешает. Я от дочери это каждый раз слышала.

- Она учится во вторую смену, - сказала Арина. – Рита поздно приходит, потом музыку слушает, фильмы смотрит, по телефону разговаривает. Она не хочет считаться с тем, что мне рано вставать нужно, чтобы на пары успеть.

Я помню свою учебу. Свое проживание в общежитии. Мы с таким тоже сталкивались. И поздно гулять мы ходили.

Я объясняла дочери, что из этого студенчество состоит, предложила ей самой куда-нибудь сходить и развеяться.

В тот момент я думала, что мы имеем дело с обычной активной студенткой, которая развлекается, пользуясь тем случаем, что вырвалась из дома.

Арина этого отрицала, злилась каждый раз, когда я высказывала такое мнение. И недавно я поняла, что она была права.

Она как-то даже к коменданту ходила, просила переселить ее в другую комнату. Но всегда она получала ответ, что мест нет.

Арина позвонила мне вечером. Она сказала, что осталась без денег. А накануне она была дома, я дала ей 20 тысяч. Не могла же она за пару дней их потратить.

- У меня их украли, - сказала дочь.

Да, держать такие деньги в общежитии – так себе идея. Я пожалела, что на карту не перевела эту сумму дочери. Но что было делать?

Я посоветовала Арине писать заявление в полицию. Она так и поступила. Довольно быстро полицейские вычислили воришку. Им оказалась Рита. Да, та самая соседка моей дочери по комнате.

- Она с парнем своим пришла к нам в комнату, когда я на занятиях была, - сказала Арина потом. - Он и надоумил ее своровать деньги.

Рита вернула деньги. Ее родители со мной связались, попросили забрать заявление и не портить девочке жизнь.

Я так и сделала, но при этом обратилась к коменданту, попросила переселить дочь в другую комнату. И место тут же нашлось. Комендант извинялась, что не реагировала раньше на обращения, говорила, что не думала, что ситуация такая серьезная.

Арина теперь живет с нормальными девочками, не жалуется. Я рада, что у дочери так все хорошо сейчас сложилось.

На днях я встречалась со своей подругой Наташей. Ей я рассказывала про эту Риту, про то, что у Арины с ней не складываются отношения. Но про кражу денег она не знала.

Когда я рассказала эту историю, а также то, что Арину в другую комнату переселили, Наташа стала смеяться.

- Квартиру снимайте. А то у нее вечно будет что-то пропадать. Где гарантия, что новые соседки нормальными окажутся?

Легко говорить Наташе. У нее муж хорошо зарабатывал всегда, деньги у них в семье водились. Я не могла похвастаться таким благосостоянием, бюджет у меня был ограничен.

- Для ребенка могла бы и найти деньги на аренду, - сказала подруга. - И чего ты из-за 20 тысяч разрешила Арине идти в полицию? Надо было с родителями Риты вопрос сначала обсудить.

Нет, я думала, что Наташа более адекватна. Как вообще можно воровство на тормозах спускать? Да, я забрала то заявление, но Риту хотя бы припугнули последствиями. Может, так у нее в голове что-то и отложится. А иначе она бы и дальше творила, что хотела.