Клиентка вечно недовольна результатом моей работы, но продолжает ходить и выносить мне мозг

Я мастер маникюра в салоне. Работу свою люблю: сидишь, колдуешь над кутикулой, слушаешь клиентские истории. Но есть одна дама, которая выносит мозг.

Инна появилась у меня полгода назад. Записалась на гель-лак, пришла с картинкой из интернета. Мы минут двадцать выбирали оттенок – ей хотелось «нежный, но с характером». Остановились на пыльно-розовом. Я все сделала, просушила, покрыла топом. Она взглянула на руки и поморщилась:

– Марина, это же цвет детской неожиданности. Я думала, будет благороднее.

Я опешила. Во-первых, оттенок мы выбирали вместе. Во-вторых, если не нравится – скажи сразу, пока лак не заполимеризовался, я бы стерла за минуту. Но она молчала до финала.

– Можем переделать, – предложила я, скрывая раздражение.

– Нет, времени нет. Заплачу и пойду.

Ушла. А через две недели она снова записалась ко мне. И ногти у нее были те же – мой пыльно-розовый. Про прошлое ни слова, будто ничего и не было.

В следующий раз Инна опоздала на двадцать минут и притащила бумажный стаканчик с кофе. Поставила его прямо рядом с моими инструментами. Я попросила убрать – она закатила глаза:

– Расслабьтесь, не пролью.

Через пять минут пролила. Пришлось менять салфетки, дезинфицировать стол заново. Она даже не извинилась.

Однажды заявила, что я слишком медленно работаю. Я ускорилась – потом получила: «Кутикула небрежно обработана». Хотя в тот раз все было идеально, просто быстрее обычного.

Недавно не выдержала:

– Инна, может, вам стоит поискать другого мастера?

Она удивилась:

– Зачем? Мне удобно здесь. И потом, я же плачу.

– Я не про деньги. Вам постоянно что-то не нравится.

– Ну так я и должна говорить, если что-то не так. Иначе как вы узнаете?

Руководство разводит руками: клиентка ходит регулярно – значит, результат ее устраивает. А я перед каждым ее визитом пью валерьянку.

На прошлой неделе Инна пришла с дочкой-подростком и попросила сделать ей «такой же ужасный розовый», как у нее самой, – видимо, чтобы дочь тоже помучилась. Девочка сидела молча, а Инна все это время комментировала мои движения: «Вот тут не так», «А почему вы дышите так громко?».

Теперь я думаю: может, она просто ходит ко мне, потому что больше некому ее терпеть? Или ей нравится смотреть, как я каждый раз закипаю, но держу лицо? Вчера я поймала себя на том, что перед ее приходом специально завариваю себе успокаивающий чай с мятой – как перед экзаменом. И все равно, когда Инна переступает порог, у меня внутри что-то щелкает, и я начинаю считать минуты до конца процедуры.