– Если вам что-то не нравится, оба можете идти на улицу, – сказала дочь мне и внуку, когда вернулась после развода

Я прожила в тишине так долго, что стала считать её своей союзницей. После смерти мужа дочь вышла замуж и уехала, а я наконец-то перестала вздрагивать от любого скрипа. Моя квартира, небольшая, но уютная, принадлежала только мне, и я научилась находить удовольствие в размеренном течении дней.

Всё рухнуло в один вечер, когда Лена позвонила в дверь с двумя огромными сумками и сыном Артемом.

– Мам, мы теперь здесь поживем, – бросила она, проходя на кухню. – Андрей ушел. Квартира его, а нам с Тёмой деваться некуда.

Я тогда не испугалась. Наоборот, обрадовалась: дочь и внук рядом – разве это не счастье? Я представляла, как мы вместе пьем чай, как Тёма делает уроки за большим столом. Наивная.

Артем оказался подростком с наушниками в ушах и взглядом испуганного зверька. Он не выпускал телефон, даже когда ел. Лена же, работающая администратором в салоне красоты, возвращалась поздно, злая, и первым делом срывалась на сына.

– Ты почему не поел? Почему по дому ничего не сделано? – кричала она.

– Я не просил нас сюда тащить, – огрызался Тёма, не отрываясь от экрана.

Я пыталась быть буфером. Готовила ужин, чтобы Лена не нервничала с голоду, делала вид, что Тёма помогал мне с уборкой. Однажды я даже спрятала его планшет, чтобы он сел за учебники, но Лена, обнаружив это, закатила скандал уже на меня: нечего тут устанавливать свои порядки.

– Ты его портишь своим всепрощением, – шипела она, перекрывая мне доступ к кухонной плите. – Он у тебя на шее сидит, а я должна работать за троих.

Самое страшное началось, когда у Лены появился Роман. Она ожила, начала покупать новую одежду и задерживаться на работе всё дольше. Артем был только рад – ему перестали мешать.

– Может, съездим в субботу за город, воздухом подышим? – предложила я как-то.

– Мы с Ромой уезжаем, – отрезала Лена, нанося тени. – А вы с Тёмой сами развлекайтесь.

Словно я была не матерью, а назойливой соседкой.

Кульминация наступила через два месяца. Я возвращалась из магазина и застала дома скандал: Лена орала на сына, тряся в руке телефон. Оказывается, Артем перевел с ее карты крупную сумму на игровой аккаунт.

– Это всё ты! – повернулась она ко мне. – Ты его без присмотра оставляешь! Только и умеешь, что у плиты стоять, а воспитать ребенка не можешь.

– Лена, он сам это сделал, – сказала я, стараясь не повышать голос. – Но я помогу. Мы поговорим…

– Не лечи мне мозги! – закричала она. – Знаешь, что? Это и моя квартира. Отец нам на двоих ее оставил. Так что, если вам что-то не нравится, вы оба можете идти на улицу.

Я смотрела на дочь и не узнавала её. Внук, сжавшись в комок, замер в углу, наблюдая за нами.

Ночью я вспоминала, как мы с мужем покупали эту квартиру, как делали ремонт. Но главное – я поняла, что больше не хочу такой жизни. Утром, пока Лена спала, я собрала рюкзак. Артем вышел, когда я уже завязывала шнурки.

– Ты куда? – испуганно спросил он.

– Подышать, – ответила я. – Съезжу в старый дом, там воздух лучше.

Он промолчал, только кивнул, но в глазах у него было что-то похожее на понимание.

Я сняла маленькую студию подальше от них. Здесь было тихо. На меня никто не кричал и не требовал денег на новый телефон. Лена прислала сообщение через три дня: «Мама, ты совсем с ума сошла? Мы тут без тебя не справляемся».

Я посмотрела на экран и убрала телефон в стол.

Прошло полгода. Артем иногда приезжает ко мне по субботам. Мы гуляем в парке, и он рассказывает, как они с мамой ходили к психологу. Лена до сих пор не звонит, но я знаю, что она в порядке – видела её в супермаркете. Она выглядела уставшей, но спокойной. Мы не подошли друг к другу, просто переглянулись через стеклянную витрину.

Я не чувствую себя виноватой. Как бы больно ни было это признавать, мы все должны были перестать жить в одной квартире, чтобы снова научиться дышать полной грудью.