Бывший муж рассказывает знакомым, что я обобрала его до трусов, присвоив себе все деньги

Встретила в супермаркете Олю, бывшую приятельницу из компании моего экс-супруга. Столкнулись нос к носу у полки с йогуртами. Она заулыбалась, затараторила, мол, сто лет не виделись, как делишки? Я пожала плечами: нормально, работаю, дети в саду и школе.

Оля вдруг заговорщицки подмигнула и поинтересовалась, когда новоселье отмечать планирую. Я вытаращилась — какое ещё новоселье, в ипотечной квартире краны менять надо, а стоимость работ кусается. Оля нахмурилась, переспросила: куда же я деньги от продажи таунхауса потратила?

Тут пришла моя очередь хлопать глазами. Никакого таунхауса у нас отродясь не водилось. Оля, заметив мой искренний ступор, пояснила шёпотом. Оказалось, мой бывший, Антон, полгода назад рассказывал, что мы продали загородный дом его родителей. Якобы при разводе я обязалась закрыть остаток ипотеки за нашу квартиру, но вместо этого присвоила все деньги, и ему не хватило даже на аренду студии. Поэтому он попросился временно пожить у Оли с мужем, пока не решит проблемы.

Я опешила. Родительский дом Антона действительно продавался, но ещё до нашего брака, и деньги ушли на покупку его первой машины, которую он разбил в хлам спустя два года. Квартиру же мы не продавали, я осталась в ней с детьми, выплатив Антону его долю из наследства тёти. Сумма была небольшой, покрыла лишь часть того, что он вложил в ремонт за пять лет.

Я рассказала Ольге всё как есть. Она говорит, что Антон живёт у них уже полгода на полном пансионе, скидываясь на коммуналку раз в два месяца, и постоянно жалуется, что бывшая жена обобрала его до трусов. Ещё и у нескольких общих друзей занимал деньги на «лечение зубов» и якобы адвокатов, чтобы восстановить справедливость. Я только головой покачала. Вот уж действительно, человек привык брать и совершенно не умеет отдавать.

Сказала Ольге правду: на алименты я подала не сразу, думала, он порядочный отец. Первые четыре месяца Антон переводил крохи, объясняя задержки проблемами с работой. Оказалось, просто находил повод не платить, хотя работал на хорошей должности. После решения суда из зарплаты начали удерживать автоматически. Сумма смешная, а по словам Антона прямо разорительная.

Оля завелась с пол-оборота. Попросила меня зайти к ним на ужин. Я отпиралась: не очень-то хочется видеть человека, который выставил меня жадной стервой. Но она умоляла, пообещав, что лишний раз не побеспокоит. В итоге согласилась.

Вечером Антон, завидев меня на пороге их кухни, выдавил кислую улыбку. Олин муж начал аккуратно задавать вопросы про дом, про долги на лечение зубов, про алименты. Антон сначала мямлил, потом начал бледнеть. Оказалось, что деньги, занятые у троих друзей, пошли не на стоматолога, а на отдых с новой подругой в горах. Врал всем, прикрываясь выдуманной бывшей женой-расхитительницей. Олин муж, сдерживая ярость, сказал Антону собрать вещи. А ночевать пусть едет к той самой спутнице по походам.

Через неделю мне позвонила Оля. Поделилась, что разослала всем общим знакомым объяснение ситуации. Семерым людям Антон задолжал разные суммы, а живёт на всём готовом при хорошей зарплате. Долги обещал вернуть, но никто не надеется. Ещё, смеялась Оля, он пытался защищаться, обвинять во всём меня, потому что "предала". Мол, зачем правду раскрыла, ведь никому не мешало. Смешно и грустно одновременно.

Я порадовалась, что больше не обязана отвечать за поступки взрослого мужчины. Хватит с меня роли вечного оправдателя. Теперь только работа, дети и ипотека. А злость бывшего — это вообще не моя забота.