До ночи пыталась вежливо выпроводить знакомую с маленьким ребенком, заглянувшую ко мне на чай

Пару дней назад ко мне заглянула приятельница, назовем ее Алина. Мы не виделись месяца три, она позвонила около семи вечера и спросила, можно ли заскочить на чай. Я согласилась, у меня как раз дочка Соня уже поужинала, и мы собирались играть.

Алина пришла со своим сыном Димой, ему три с половиной года. Сразу скажу, я понимаю, что дети — это стихия, и идеального поведения ждать глупо. Я сама мама и знаю, как быстро устают маленькие непоседы.

Первый час прошел нормально. Дети разобрали игрушки в комнате Сони, мы с Алиной болтали на кухне о работе и планах на отпуск. Я честно предупредила, что Соня ложится ровно в девять, у нас строгий режим, иначе утром ее просто не добудишься в сад. Алина покивала.

Время подошло к девяти. Я пошла готовить дочку ко сну. Умылись, переоделись, почитали короткую сказку. Дима продолжал сидеть в детской и собирать башню из кубиков. Алина заглянула к нему и ласково так сказала: «Сыночек, нам скоро домой». Малыш никак не отреагировал и продолжил игру. Я уложила Соню, включила ночник и вышла, оставив дверь чуть приоткрытой. Рассчитывала, что гости сейчас тихонько соберутся.

Но прошел еще час. Часы показали десять вечера. Соня уже давно спала. Я начала откровенно зевать, намекала, что мне завтра рано вставать на тренировку, но Алина увлеченно листала ленту в телефоне. Ее сын же заметно перевозбудился. Он начал громко стучать кубиками о пол.

Моя спящая дочь заворочалась. Тогда я выключила ночник, чтобы дать понять — активные игры окончены. Это не помогло. Дима взял фонарик с полки и стал светить им в потолок, бегая в полной темноте между кроватью и шкафом.

Я в третий раз вышла на кухню и сказала Алине прямым текстом: «Слушай, ты извини, но я сейчас просто с ног валюсь. И Соньку он разбудит, она будет капризничать. Давай одевайтесь, пожалуйста». Алина отпила чай и ответила с усмешкой: «Ой, Лен, а ты попробуй его забери из темноты, если сможешь. Он в пещеру играет».

Я не поверила своим ушам. То есть мне, хозяйке дома, предлагалось самой ловить чужого разбушевавшегося ребенка? Я вернулась в детскую и попыталась спокойно взять Диму за руку. Он тут же заверещал и вцепился в подоконник. Я попыталась оторвать его от окна, тогда он начал царапать мои запястья своими маленькими ногтями. Алина пришла на шум с кружкой в руках, встала в дверях и засмеялась, глядя, как я борюсь с ее сыном.

В итоге малыш схватил магнитную мозаику Сони, это ее любимый набор, и заявил, что уйдет только вместе с коробкой. Я готова была уже на все. Сказала: «Хорошо, забирай, только иди». Дима успокоился, Алина натянула ему ботинки, и они наконец ушли в половине одиннадцатого.

Утром Соня спросила про игру. Пришлось соврать, что я случайно убрала ее на высокую полку, так как сил объяснять не было. Самое обидное, что Алина на следующий день написала мне шутливое сообщение, мол, хорошо посидели, надо повторить на следующей неделе. Я даже не ответила.

Теперь меня мучает вопрос: где проходит граница между дружеским пониманием и откровенным хамством? Я не обязана быть укротительницей чужого малыша в собственном доме. Может, у меня просто устаревшие взгляды на воспитание и нужно быть проще?