Бывший муж предложил восстановить семью, когда я встала на ноги и купила квартиру

Мой экс-супруг Вадим объявился спустя два года молчания с гениальной идеей начать всё с чистого листа. Я рассмеялась, когда увидела его сообщение. Тот самый человек, что устроил мне ад, когда я согласилась возглавить региональный отдел, теперь пишет, что мы «родные люди» и «глупо терять семью».

А расстались мы некрасиво. Когда дочке едва исполнилось полтора года, мне предложили серьёзное повышение. Не временное, а постоянное место руководителя.

Да, пришлось бы переехать в соседний город, всего-то сто километров. Родители обещали помогать, деньги были нужны позарез — мы как раз затеяли ремонт в кредит.

Вадима эта новость взбесила. Ему было плевать на перспективы и на то, что я на работе выкладываюсь. Его заботило только одно: я перестала гладить его рубашки и забывала покупать его любимый сыр с плесенью.

Каждый вечер превращался в допрос. Почему ужин из трёх блюд не готов? Почему ребёнок капризничает, хотя я целый день провела на совещаниях? А на мой резонный вопрос, почему он сам не может разогреть себе еду, следовал коронный ответ: «Я устал, я зарабатываю».

И ведь его зарплата была меньше моей, а кредит мы платили из общего котла. Но этот факт его память услужливо стирала.

Когда я поставила вопрос ребром и сказала, что мы всё-таки переезжаем, он выкинул нас с дочерью на улицу в три дня. Просто швырнул сумки в коридор со словами, что раз я такая деловая колбаса и в доме главная, то и тащить этот воз должна сама. Спасибо маме — приютила, пока я искала съёмное жильё.

И вот теперь, спустя два года, когда я уже крепко встала на ноги, купила в ипотеку квартиру и привыкла рассчитывать только на себя, появляется он. С повинной головой и мешком советов, как нам жить дальше.

Я его выслушала скорее из любопытства. Оказалось, всё просто: у него закончились деньги, и очередная пассия сбежала, не выдержав его замашек. А тут я, такая стабильная и обустроенная.

Посмеялась и заблокировала его везде. Никакой драмы, просто убрала занозу. Пусть теперь его самомнение спасает от голода.