Золовка солгала моему мужу, что видал меня с любовником, а после скандала сказала, что это ей приснилось

Я всегда знала, что моя золовка – та еще зараза. Но такое даже для нее – это перебор. Катя сказала моему мужу, что я ему изменяю. Чуть семью нашу не разрушила. А ведь такого не было на самом деле никогда.

Уже не  в первый раз золовка подставляет меня. Просто раньше она как-то не замышляла ничего крупного, ограничивалась лишь мелкими гадостями.

Когда Ваня привел меня знакомиться к Валентине Павловне, своей маме, он представил мне и Катю, свою сестру. Уже после ужина я обнаружила, что у меня в сумке наплевана жвачка. Кроме Кати из-за стола никто не выходил.

Я тогда не стала ничего говорить, решила, что не стоит в первый же день настраивать против себя кого-то, учиняя разборки.

- У Кати шутки бывают неудачные, - сказал Ваня, когда я по пути домой про жвачки ему рассказала. – Я с ней поговорю. Уверяю тебя, что такого больше не повторится.

До свадьбы все было нормально. Я думала, что так разговор Вани с Катей подействовал. Но потом оказалось, что у Кати ЕГЭ было на носу. Ей в институт нужно было поступать, о котором она так мечтала, поэтому не до гадостей девочке было.

Но после поступления Катя опять стала проявлять активность. Она регулярно подставляла меня перед свекровью. И мне приходилось краснеть.

Как-то мы поехали на день рождения к Валентине Павловне. И уже с порога мне довелось краснеть.

- Доставай глубокие тарелки, а то моих на всех гостей не хватит, - улыбнулась свекровь.

Я только не понимала, про какие тарелки идет речь. Валентина Павловна сказала, что Катю просила передать мне, чтобы я захватила с собой их. Но вот только не передавала мне ничего золовка.

Свекровь позвала дочь, стала у нее спрашивать, звонила ли она мне. Катя поняла, что не получится выкрутиться, поэтому сказала, что «забыла» позвонить мне и все сказать.

Ваня помчался домой за тарелками. Он быстро привез их, поэтому праздник был спасен. Но отношения с золовкой лучше у меня не стали.

Катя потом «забывала» мне сказать, что нужно купить Валентине Павловне лекарства, отвезти ее к врачу или еще куда-то сопроводить. Потом мне приходилось объясняться и чувствовать себя виноватой.

А месяц назад случай был вообще вопиющий. Это уже было за гранью. Правда, я сначала не связала происходящее с действиями Кати.

В тот вечер Ваня примчался домой раздраженный, злой. Я его никогда не видела таким, потому что обычно он – само спокойствие.

- Кто он? – спросил муж. – Отвечай немедленно! Что ты вообще себе позволяешь?

Я не имела понятия, о чем вообще речь идет. Но муж продолжал орать. Только когда Ваня немного успокоился, мне удалось выяснить, что произошло.

Ване стало известно, что у меня есть любовник. Кто-то видел меня с мужчиной на улице. И мы с ним целовались.

- Кто такой бред сказал? – не могла понять я.

Ваня долго не признавался, а потом ответил, что видал меня Катя. Да, золовка переступила черту в этот раз. И об этом я мужу сказала. Я поклялась, что нет у меня никого, что я такого даже в мыслях не допускала.

Ваня сразу не поверил. Он предложил поехать к Кате, поговорить с ней. Как раз она была дома со свекровью.

- Повтори все, что ты сказала мне по телефону, - сказал Ваня сестре. – Прямо сейчас это сделай и при моей жене.

Катя начала свой рассказ. И уже сам Ваня понял, что правдой тот не был. Катя путалась в деталях, сбивалась. Муж все это подмечал и останавливал всякий раз сестру, когда слышал неточность. В итоге терпение Вани лопнуло.

- Зачем ты вообще это придумала? – орал Ваня. – Ты понимаешь, что ты натворить могла? Прекрати немедленно этот спектакль!

На крики Вани прибежала с кухни Валентина Павловна. И ей пришлось все рассказать. Она тоже вопросительно на дочь посмотрела.

- Я же не сказала, что это наяву было, - выкрутилась золовка. – Мне приснилось это. Ваня договорить мне просто не дал, когда я позвонила.

Бред же! Но хорошо, что муж все понял. И хорошо, что свекровь это слушала. Теперь и Валентина Павловна понимает, что у ее дочери проблемы с головой.

Надеюсь, что золовку к врачу отведут. Проверят ее психическое здоровье. Не ведет же себя так нормальный человек. Ему подобное даже в голову не может прийти.