Заведующая заставляла больных воспитателей выходить на работу, потому что в саду нехватка персонала

Утро началось с того, что мне позвонила заведующая частного сада и попросила выйти пораньше. Мол, Наталья Сергеевна, воспитательница из соседней группы, «немного приболела», но придет позже, а мне нужно ее подстраховать до обеда.

Я собрала своего Сережу за десять минут, и мы влетели в раздевалку ровно к восьми. В соседней группе, куда меня попросили зайти «просто присмотреть», было тихо. Света, вторая воспитательница, сидела в углу с термометром. Увидев меня, она попыталась улыбнуться, но ее лицо было серым, а голос сел до хрипоты.

– Вероника Павловна, я сейчас, – прошептала она, – просто голова кругом идет, но оставить их одних…

– Вы температурите? – спросила я.

– Тридцать восемь и пять, – вздохнула она, глядя на градусник. – Но заведующая сказала, если уйду, то больше не пустит. Некем закрывать смену.

Я посмотрела на детей. Мои собственные малыши сейчас сидели с другой воспитательницей в соседней комнате, а здесь Света с трудом поднимала руки, чтобы завязать шнурки. Я вспомнила, как в прошлый раз Сережа принес из сада «легкий насморк», который потом перерос в трехнедельный кашель для всей семьи.

Вместо того чтобы идти в свою группу, я взяла Свету за локоть и отвела в медицинский кабинет. Медсестра Людмила Ивановна только развела руками:

– Я докладывала. Мне ответили: «Работайте в маске».

– Вызовите скорую, – сказала я.

– Что? – переспросила Людмила Ивановна.

– Скорую для воспитателя. У нее температура под сорок, и она несет ответственность за жизнь детей. Пусть приезжают, фиксируют состояние.

Света испуганно замахала руками, но я уже набирала номер. Пока мы ждали фельдшера, я заглянула в кабинет заведующей. Та сидела с накладными ресницами и отчетом, но, увидев меня, нахмурилась.

– Вероника Павловна, вы самовольничаете. У нас график.

– У нас сейчас приедет бригада, чтобы госпитализировать сотрудника с рабочего места с высокой температурой, – спокойно сказала я. – Думаю, им будет интересно посмотреть, почему больной человек не может уйти домой.

Заведующая побелела. Она начала говорить что-то про «кадровый голод» и «ответственность перед родителями», но я уже не слушала. Через полчаса Свету с гнойным тонзиллитом увезли в больницу.

В тот вечер я написала факты в общий чат. И предложила одно: завтра утром прийти с коллективным заявлением на имя учредителя. К утру подписей было тридцать две.

Через неделю в саду появился приказ: запрет выхода на работу с признаками ОРВИ, отдельный фонд для подменных сотрудников. Заведующую не уволили, но она заметно сбавила тон. Света вышла через месяц, полностью здоровая.

Теперь, когда я забираю Сережу, я смотрю на лица воспитателей. Если кто-то чихает, я не бегу писать жалобу, а просто спрашиваю: «Вам помочь вызвать замену?». Иногда одного вопроса достаточно, чтобы человек перестал геройствовать и наконец лег в постель. Потому что здоровые нервы и честный отдых воспитателя важнее любого графика.