Я украла у бывшей свекрови урожай с огорода за то, что она обобрала у меня весь сад

Развод с Гошей у меня прошел тяжело. Несколько лет назад муж оставил меня с двумя детьми и без средств к существованию.

Гоша украл все наши сбережения. Сделал это он с подачи своей матери Аллы Тарасовны. Без нее тут точно не обошлось, потому что она не упустит ни единой копейки.

Я помню, как радовалась бывшая свекровь, когда смогла нас разлучить. Даже скрыть этого она не пыталась.

- Наконец-то мой сын избавился от такой жены, - говорила мне в лицо свекровь. – Жаль, что он с тобой столько времени потерял. А я ведь его предупреждала, когда он в ЗАГС шел, что не стоит торопиться.

Я не опускала руки, работала на двух работах. Благо, у меня была квартира, которую мне оставила бабушка в наследство когда-то. Там я и стала жить со своими сыновьями.

Через несколько лет после развода я смогла купить небольшую дачу. Она стала моей отдушиной. Там были не только участок и дом, но и сад, который плодоносил. Собирать можно было много фруктов, ягод. Дети мои это очень любили.

Именно с дачи все началось. Бывшая свекровь как-то проезжала через наш поселок в свой. У нее дача располагается в соседнем населенном пункте. И меня она увидела около моего дома.

С тех пор Алла Тарасовна стала ко мне захаживать. Она не спрашивала о внуках, не искала с ними встречи. Ей было интересно ругаться со мной, выяснять отношения.

Я думала, что ни на что большее она не пойдет. Но я слишком хорошо думала о своей бывшей свекрови.

Прошлым летом я приехала на дачу, когда уже можно было снимать некоторые яблоки, сливы и другие плоды. Я знала, что много всего завязалось и созрело. И в один выходной я отправилась на дачу за урожаем.

Только собрать его мне была не судьба. Когда я оказалась на своем участке, я не узнала сад. Там ничего не было.

Яблоки, сливы, черешня – все это было собрано. Все ветки были голыми, хоть раньше они гнулись от количества плодов.

Я походила по саду и заметила в одном месте след от каблука, точнее, от шпильки. Только одна женщина из моего окружения носила такую обувь. Ею была Алла Тарасовна. Да, она даже на даче старалась быть фифой.

Я решила поговорить с бывшей свекровью, но только она не взяла трубку. Тогда я позвонила бывшему мужу. И Гоша ответил сразу. Только мои претензии он не воспринял всерьез.

- Мама не могла так поступить. А даже если она и сделала так, то что такого? Ей полезны витамины.

- А ты про детей своих подумал? – с возмущением спросила я. - Им не нужны витамины?

- А ты купить им фруктов и ягод не можешь? Ты же работаешь, поэтому деньги у тебя наверняка водятся. Не скупись и купи ребятам витамины.

И это сказал тот, кто о сыновьях за все эти годы не вспомнил ни разу! Я не могла оставить так случившееся.

Я взяла самую большую корзину, кинула ее в машину и отправилась на дачу к свекрови. Там никого не было, к моему счастью.

Попасть на участок мне удалось без труда, потому что забор был низким. Я собрала огурцы, помидоры, морковь выдернула, лук.

Я не стала забирать этот урожай. Обойдусь я без него. Я помяла томаты руками, огурцы порезала, свеклу. В таком состоянии овощи очень быстро должны были прийти в негодность.

Корзину со всем этим я оставила на входе на территорию Аллы Тарасовны, чтобы она увидела результат моей деятельности. После этого я уехала к себе.

На следующий день свекровь примчалась ко мне, стала обвинять в том, что я разгромила ее огород.

- Странно, у меня сад разгромлен, - ответила я. – Может, в полицию напишем вместе? Они наверняка быстрее на коллективное обращение отреагируют.

Алла Тарасовна, когда услышала про полицию, сразу же замолчала, стала тише воды и ниже травы. А потом она и вовсе ушла. Больше ко мне на территорию она не сунется.

- Правильно ты ее, - сказала мне соседка тетя Лиза. – Она и к нам на участок потом залезть хотела, чтобы поживиться чем-нибудь. Но муж мой из дома вышел, спугнул ее.

Да, опустилась совсем моя бывшая свекровь. Неужели ей не хватает денег? у нее же пенсия хорошая, сын наверняка ей помогает. Во всяком случае Гоша никогда не отказывал маме, пока мы были в браке. Он любые суммы отдавал ей, даже если это было в ущерб семье и детям.