Я стала зарабатывать, но от родных это скрываю, чтобы они и дальше продолжали содержать меня и ребенка

С момента моего развода с Кириллом прошло 3 года. Когда мы расходились, я была еще в декретном отпуске. Нашему сыну Паше на тот момент было 1,5 года.

Пособие в то время я уже не получала. Денег у меня не было по сути. И мне пришлось принимать непростые решения.

Я переехала к родителям, которые жили в двушке с моей младшей сестрой Таней. Она в то время в выпускном классе училась.

Нам было тесно. Сестра жаловалась, что ребенок мешает ей заниматься. Я понимала Таню, не хотела ей мешать к экзаменам готовиться. Но сделать я все равно не могла ничего.

С родителями я не решалась говорить на эту тему. Мне казалось, что они меня приютили, чем уже спасли от глобальных проблем. Еще что-то требовать было бы эгоистично. Но мама сама решила проявить инициативу.

- Переселим тебя в однушку, которая мне от бабушки досталась, - сказала мама. – Не дело, что мы друг у друга на головах сидим.

Я и Таня были рады, что разъедемся. У нас даже споров стало меньше, чем раньше, потому что мы понимали, что скоро ад закончится.

Когда я начала жить одна, встал денежный вопрос. На работу я не могла ходить, потому что ребенку еще место в садике не дали. И я обратилась к Кириллу.

- Я увеличу алименты, буду платить столько, чтобы и тебе на жизнь хватало, - сказал бывший. – Но эта акция будет временной. Я же не могу тебе отдавать все. У меня свои потребности имеются.

Когда бывший стал давать больше денег, жизнь улучшилась. До момента, пока паша не пошел в детский сад, вопросов вообще не возникало.

А вот когда я вышла на работу, Кирилл сказал, что пора возвращаться к прежним объемам алиментов. Я тогда согласилась, хоть и понимала, что мне будет трудно. Правда, я не представляла, до какой степени.

Я не могла толком работать, потому что ребенок постоянно болел. За полгода я на больничных была раз 6. Получалось, что каждый месяц я сидела две недели дома или даже три. Кому это понравится?

На меня косо смотрели коллеги и начальство. Я и сама понимала, что работник из меня не особо хороший.

- Ладно, сиди дома, пока Паша в школу не пойдет, - сказал бывший, сжалившись надо мною. – Я буду больше денег давать.

Я охотно согласилась на такое предложение. Кстати, остальные родственники в стороне не остались.

У моих родителей не было высокого дохода. А еще они за учебу Тани платили. Но они все равно изъявили желание мне помогать. Они оплачивали мою коммуналку, ребенку что-то покупали, продукты приносили.

Софья Андреевна, мама Кирилла, была на пенсии, денег у нее было мало. Но и она приносила мне стиральный порошок, фрукты, чтобы я Паше давала. Она и денег иногда подкидывала. И мои родители порой наличными мне некоторые суммы давали. Все покупки, которые неожиданно понадобилось сделать, они мне финансировали.

- Дети – удовольствие дорогое в наше время, - любила говорить свекровь. – Оно всегда тяжело было, но люди помогали друг другу. И сейчас нельзя оставаться в стороне, когда такое происходит.

Полгода назад я нашла удаленную работу. Между делом у меня получалось выполнять заказы, что и приносило мне доход. Он был довольно неплохой. Я в свое время такую зарплату в офисе получала.

Его я решила откладывать и не говорить о нем никому. Зачем? Мне же нужно на квартиру копить. Таня институт окончит, станет спрашивать, почему я занимаю бабушкину квартиру, а не она. И куда тогда деваться?

Родственникам я продолжаю рассказывать, как у меня мало денег, как их не хватает. Про работу я не говорю им ни единого слова. И они продолжают мне помогать, перечисляют какие-то суммы. Бывший тоже в стороне не остается.

Недавно я поделилась с подругой своей схемой. Вера посочувствовала мне, что я одна осталась с ребенком и без работы. Но в то же время она осудила меня, сказала, что нельзя обманывать близких.

- Как ты спишь при всем этом? – спросила подруга. – Надо же как-то и в положение других людей входить. У всех, кто тебе помогает, есть свои проблемы. Они, может, последнее отдают.

А я почему-то вины не чувствую. Что мне вообще делать? Не могу же я на копейки существовать. И не надо этого делать, если есть возможность по-другому жить.