– Я переезжаю в детскую, буду с внуком сидеть, – сказала перед моими родами свекровь, но ее планам не суждено было сбыться

Когда я сказала Диме, что беременна, он, конечно, обрадовался. А вот его мама, Василиса Петровна, словно включила режим гиперзвуковой ракеты. Сначала она просто звонила по десять раз на дню. Потом начала приезжать без предупреждения.

– Анечка, ты что, опять за компьютером? – запричитала она, застав меня за ноутбуком на пятом месяце. – Излучение же! Ребёнка пожалей!

Я пыталась объяснить, что работа у меня такая, но Василиса Петровна только руками всплескивала. Её забота была очень специфической: смесь «я желаю тебе добра» и «ты никчёмная мать».

– Ты на себя в зеркало смотрела? – как-то спросила она. – Бледная, как поганка. Гемоглобин, небось, упал. Чем ты вообще питаешься? Одними бутербродами? Вот у меня в молодости живот был — загляденье, а у тебя и не видно почти. Как ты вынашивать-то будешь?

Я тогда промолчала. К седьмому месяцу я уже вздрагивала от любого звонка в дверь. Мы с Димой даже обсуждали переезд, но куда денешься с ипотекой?

Однажды вечером Дима заговорщицки улыбнулся:

– Ань, а давай твоих родителей на выходные позовём? И мою маму. Ну, как бы семейный ужин?

Я сначала обрадовалась. Родителей я не видела пару месяцев. Но потом до меня дошло.

– Дима, только без кулинарных подвигов. Я не смогу на кухне полдня стоять.

– Так мама придёт пораньше и поможет! – выпалил он.

– Всё, хватит. Своих я позову. Пусть приедут и помогут. А твоя мама пусть приходит просто в гости.

Дима хотел спорить, но я посмотрела на него так, что он понял: лучше не надо.

Мои родители приехали накануне с полным багажником деревенских вкусностей. Мама сразу взяла быт в свои руки, и я наконец-то выдохнула. Папа возился на кухне с салатами, напевая что-то из старого кино.

На следующий день, едва вошла, Василиса Петровна окинула взглядом кухню, где хлопотала моя мама, и выдала:

– О, сватушка! А вы чего это без году неделю у дочки гостите? У нас тут, знаете ли, внук скоро появится, помощь нужна постоянная, а не набегами.

Мама моя, женщина простая и прямая, спокойно так ответила:

– А мы, Василиса, не набегами. Мы по зову сердца и по просьбе дочери. Деньги вон регулярно шлём, а не советы раздаём.

Василиса Петровна аж рот открыла от такой дерзости. Дальше вечер прошёл под аккомпанемент натянутых улыбок.

Родители уехали в понедельник рано утром. Дима ушёл на работу. Я только собралась прилечь, как позвонили в домофон. Голос Василисы Петровны:

– Открывай! Срочно!

Я открыла. Свекровь влетела с двумя огромными сумками.

– Так, будем комнату освобождать. Я переезжаю.

– Куда? – опешила я.

– Как куда? В детскую! Я буду с внуком сидеть. Вы же ничего не умеете. Я Димку выходила, вынянчила, в люди вывела. И тут порядок наведу.

Я набрала Диме. Примчался он за двадцать минут.

– Мама, нет, – твёрдо сказал он. – Собирай вещи и поезжай домой.

– Как ты с матерью разговариваешь?! – взвилась она. – Я для вас стараюсь!

– Мама, я серьёзно. Мы сами.

Василиса Петровна обиженно схватила сумки и ушла.

До самых родов мы жили спокойно, готовились. Когда я родила сына, Дима светился от счастья. На выписку приехали мои родители и... Василиса Петровна. Мы сфотографировались все вместе и поехали домой.

Дома мои родители быстро собрались обратно, видя, что мы устали и хотим побыть втроём. Но Василиса Петровна и не думала уходить.

– Вы езжайте, – сказала она моей маме, – а я тут останусь. Помогу молодым, покажу, как пеленать, как кормить.

Но тут моя мама, обычно мягкая, встала как скала.

– Василиса, ты извини, но здесь я останусь. У Ани своя мать есть. Если помощь понадобится – позвонят. А тебе, наверное, пора. Давай я тебя до остановки провожу?

Василиса Петровна взвилась:

– Ты кто такая, чтобы меня выгонять? Я бабка! Я имею право!

– Имеешь, – спокойно сказала мама. – Приходить в гости. По приглашению.

Тут вмешался Дима.

– Мама, извини, но мы правда справимся. Я тебе сам позвоню, когда будем готовы к гостям.

Он спустился с ней вниз, посадил в такси и попросил больше не приходить без звонка.

С тех пор прошло три недели. Она не звонит и не приходит. Обиделась. Ждёт, что мы придём с повинной. А мы не идём. Наслаждаемся тишиной и нашим маленьким счастьем. Наверное, это неправильно – ссориться с роднёй. Но иногда лучшая забота – это просто оставить людей в покое.