— Вы специально это делаете! — говорит невестка и обижается, что я ее не замечаю

Сын женился три года назад. Познакомились мы с Леной только этим летом, когда они наконец выбрались ко мне в деревню. До этого — только видеозвонки и редкие сообщения в чате.

Живу я одна, держу пасеку и небольшой птичник. Уехать куда-то надолго — целая история, проще гостей принять у себя. К приезду ребят подготовилась: вымыла летнюю веранду, постелила свежее бельё, наготовила на неделю вперёд. Меню продумывала по вкусам сына — про невестку знала только, что она «ест всё». Так и сказала мне как-то: «Ольга Петровна, не заморачивайтесь, я всеядная».

В первый же вечер сели ужинать. Я выставила запечённую утку с яблоками, салаты, домашний хлеб. Сын уплетал за обе щеки, а Лена ковыряла ложкой рис, вежливо улыбалась и почти ничего не тронула.

Я спросила прямо: «Лен, может, другое что подать?» Она помотала головой: «Всё чудесно, я просто с дороги устала». Я не стала давить — мало ли, акклиматизация или волнение.

На следующий день я с утра умчалась на пасеку, вернулась к обеду — Лена сидит в тени под яблоней с опухшими глазами. Оказалось, она полночи не спала из-за духоты и боялась открыть окно, чтобы пчёлы не залетели. А сказать мне постеснялась. Я ей: «Леночка, тут сетки на рамах есть, надо было только попросить, я бы показала».

— Вы специально, — говорит, — меня не замечаете. Я вам, наверное, сразу не понравилась.

Я опешила. Спрашиваю: «Ты о чём вообще?» Оказалось, утка была слишком пряная, у неё от острого изжога. Кровать скрипит — я должна была догадаться, что ей неудобно. И пчёлы мои — её личный кошмар, ведь она их до смерти боится, а я даже не предупредила, что ульи за огородом.

Я выслушала молча. Потом спросила только: «Лен, а почему ты в первый день не сказала, что острое не ешь? Боишься пчёл — неужели трудно было заикнуться?». В ответ — новая волна слёз: «Вы должны были поинтересоваться, я же вам не чужая».

Вот тут я уже не сдержалась. Ответила, что в гостях про свои особенности сообщают сами, а не сидят молча, копят обиды и выдают их скопом с обвинениями. Сын стоял растерянный — он, кстати, тоже не знал про пчёл и острую пищу.

Почему взрослый человек скрывает что-то, а потом обижается, будто кто-то действовал ему назло? Я не телепат и не враг. Просто мне казалось, что в семье можно говорить прямо, без загадок.