– Уважаемые родители, нужна ваша помощь! – пишет воспитательница, а из 30 человек откликаюсь я одна

Моего сына зовут Дима, в садик он пошел только в этом году. Ходим мы, честно говоря, не очень. Чуть сквозняк – сразу сопли, и приходится сидеть дома. В группе у нас почти тридцать ребятишек, и я представляю, как тяжело приходится воспитателям. Поэтому, когда они просят о помощи, я всегда откликаюсь.

Только вот в последнее время эта помощь стала какой-то игрой в одни ворота. В нашем чате то и дело всплывают сообщения. В ноябре попросили принести ветошь для уборки. Я принесла. В декабре попросили прийти помыть игрушки перед Новым годом. Я пришла. В чате – тишина. Такое ощущение, что сообщения вижу только я.

– Ирина Викторовна, я могу в субботу забежать, – написала я воспитательнице в личку. – А другие родители подтянутся?

Я пришла. Игрушек в группе было столько, что мы с ней провозились часа четыре. Никто больше не появился. Ни в этот раз, ни в прошлый, когда нужно было помочь расчистить снег на участке. Вышла я тогда с лопатой одна.

Последней каплей стала эта неделя. Нашей группе дают новое помещение – после ремонта, светлое и большое. В четверг вечером в родчате появилось сообщение от воспитательницы:

– Уважаемые родители, нам очень нужна ваша поддержка в субботу. Нужно помочь с уборкой в новой группе: протереть шкафы, помыть подоконники. Своими силами мы не справимся.

Я вздохнула. Мы с мужем как раз собирались в субботу отвезти Димку к бабушке и самим выбраться в кино. Но я все равно набрала в чате:

– Люди, давайте поможем! Напишите, кто сможет прийти. Чем больше нас будет, тем быстрее управимся.

– Танечка, здравствуйте. Вы нас, пожалуйста, не бросайте. Вы одна наша надежда.

И меня это просто резануло. Не надежда, а какая-то бесплатная рабочая лошадь. Я что, меньше всех устаю? Я тоже работаю, только из дома, и у меня глаза к вечеру квадратные. Мне тоже хочется в субботу поспать подольше, а не тащиться по холоду в садик.

В субботу утром я встала ни свет ни заря. На улице мороз, скользко, темно. Пока одела Димку, пока отвезли его к бабушке, пока добралась до сада – уже вымоталась. Захожу в новую группу. В углу стоит Ирина Викторовна и еще одна молодая девушка, наверное, нянечка.

– Таня, спасибо, что пришли! – всплеснула руками воспитательница. – Будем начинать, пока остальные подойдут.

Я кивнула, переобулась и взяла тряпку. Прошел час. Никто не пришел. Второй час. Тишина.

– Видимо, никто не придет, – сказала я, разгибая спину.

Я посмотрела на свои красные руки, на эту бесконечную пыль на подоконниках, на уставшую воспитательницу. И поняла: это не в последний раз. Если я доделаю все до конца, то в следующий раз они снова позвонят только мне. Потому что я удобная.

– Ирина Викторовна, – сказала я, аккуратно складывая тряпку на подоконник. – Я пойду.

Она удивленно на меня посмотрела:

– Как пойдете? А работа? Мы же только начали.

– Я отработала два часа, – ответила я. – Я не могу за всех родителей упираться. У меня тоже семья и выходной.

Я оставила ведро, прошла мимо нее к выходу. Это больше не моя головная боль. Больше я в этом не участвую.