- У меня аллергия, - отец засадил хвойными весь дачный участок, а соседи ополчились на него

Мой отец овдовел 5 лет назад. Тогда он немного поник, выпал из жизни. Ничего его не интересовало.

Папа уже был на пенсии в то время. Он проводил все дни дома, только летом выбирался на дачу. Там у него и были все развлечения. Он сажал огород, внуков брал к себе, с соседями на рыбалку ходил. Постепенно он отжил.

Все началось прошлой весной. Отец уехал на дачу, в городе даже не показывался. Я думала, что он, как обычно это было, сажает огород.

Приехать я смогла в тот год только в середине июня. И как же сильно я удивилась, когда увидела, что весь участок распахан. Не осталось ни одного пятачка, где рос бы газон.

- У тебя же все зеленое в это время года, - сказала я отцу. – Где огород?

- Не будет у меня огорода, - ответил папа. – Мне врач рекомендовал в санаторий поехать, где много хвойных растений.

Я думала, что отец собрался в этот самый санаторий, поэтому решил ничего не сажать. Ухаживать-то некому будет за его растениями. Но у папы была совсем другая идея.

- Я решил, что не буду тратить деньги на санаторий. Я устрою его прямо здесь. Посажу ели, сосны, можжевельник, еще какие-нибудь растения такого типа. И будет у меня санаторий постоянный. А зачем мне эти овощи? Вы их особо не едите, я тоже – не любитель. Мы по привычке больше все это выращивали.

Я не имела ничего против папиной новой затеи. Дача его, поэтому он волен там делать все, что он хочет.

Отец все прошлое лето покупал хвойные, сажал их на своей территории так, как он запланировал. И получилось довольно красиво на участке.

В этом году мы поехали к отцу на дачу весной. Мне было очень интересно посмотреть, как территория выглядит.

Она была превосходной. Я с радостью провела в этом «хвойном санатории» все выходные, после чего вместе с детьми уехала в город.

В начале лета я привезла папе внуков. Они у него должны были быть до середины июля. Я также пообещала, что буду приезжать каждые выходные.

Я и ездила на дачу, как и обещала. И с каждый разом папа становился все мрачнее. Мне он ничего не говорил, а я и не спрашивала.

Но потом стало невозможно игнорировать состояние папы. И я спросила у него, что происходит. Все дело оказалось в соседях.

- Они требуют, чтобы я убрал все хвойные! Захотели они на моем участке распоряжаться! Почему я вообще должен с ними советоваться, что мне сажать?

Я и сама не понимала этого. Отец на своей территории посадил растения. Они никому не мешают, не создают тени, которая не дает на том же огороде чему-то расти. В чем же тогда дело может быть?

Я решила пойти к соседке, которую знала. Тетя Зина жила в соседнем доме, ближе всех общалась с папой.

- Что не так? - спросила я у нее. – Чем Вам не понравились папины хвойные?

- У меня аллергия! – сказала  соседка. – Я не могу дышать, когда рядом можжевельник находится или нечто подобное. А отец твой прямо около нашего общего забора эти кусты посадил.

Понимала соседку. Она была в чем-то права. Страдало ее здоровье из-за посадок, которые мой отец сделал. Но в то же время советоваться с ней он был не обязан.

Я пошла еще к одной соседке. И она стала мне рассказывать про аллергию, но не только на можжевельник. Но и на некоторые другие папины растения.

- Почему я должна всем этим дышать? Хотел отец твой хвою, пусть бы в лес ходил, там наслаждался ею. А так получается, что все  должны под него подстраиваться. Кстати, дачный участок нужен, чтобы выращивать овощи и ягоды, а не лес делать.

Я бы и рада найти компромисс, но я не представляю, как вообще это сделать. Отец купил эти растения, посадил их. Он наотрез отказался выкапывать что-либо вообще.

- У меня дизайн участка разработан, - сказал мне папа. – Нарушать я ничего не буду.

Такая у него была реакция, когда я попросила отсадить тот же можжевельник от общего с тетей Зиной забора. О чем-то большем можно было не заикаться.

Соседи тоже не пошли на уступки, устроили моему отцу бойкот. Теперь с ним никто не общается, на рыбалку его с собой никто не зовет.

Участковому соседи жаловались, но он так и не смог принять никаких мер, потому что нарушений никаких отец мой не допустил, если про закон говорить.