— Я же весь день на ногах, сил нет, — жена не хочет готовить, а меня уже тошнит от ресторанной еды

Я сижу на кухне, разворачивая картонную коробку с логотипом очередного ресторана. Пахнет имбирем и кунжутом — сегодня, кажется, тайская кухня.

Лиза вбегает в комнату, сбрасывая туфли на паркет. Ее смех звенит, как всегда, когда она рассказывает о новом клиенте или удачной сделке. Она парит между мирами — успешный риелтор, для которого время измеряется просмотрами квартир и подписанием договоров.

— Смотри, они добавили бесплатный ролл! — она протягивает мне кусочек, и я машинально открываю рот. Рис холодный, рыба нежная. Вкусно, но не то.

Первый раз я заговорил об этом полгода назад. Мы лежали на диване, Лиза листала приложения с едой, а я рискнул:

— Может, как раньше, картошку с грибами приготовим? Твою, с укропом…

— Ой, да ну, — она щелкнула по экрану, не глядя. — Я же весь день на ногах, сил нет. Да и зачем, когда можно заказать?

Я кивнул, но на следующий день купил грибы. Пока чистил картошку, Лиза позвонила: «Слушай, я задержусь, закажи себе пиццу, ладно?» Сковорода так и простояла на плите, накрытая крышкой.

Иногда вспоминаю мамин борщ. Она клала в него свеклу, которую сама мариновала, и подавала со сметаной. После ее смерти я пытался повторить рецепт, но всегда не хватало того самого оттенка — теплого, как ее объятия. Лиза попробовала один раз и сказала: «Мило, но слишком наваристо». Больше я не варил.

— Ты чего задумался? — Лиза касается моей руки, прерывая поток мыслей.

— Да так… Вспомнил, как мы с тобой в первый месяц после свадьбы спалили утку по-пекински.

Она смеется:

— Да, дым стоял коромыслом!

Пауза. Я глотаю воздух, пахнущий соевым соусом, и решаюсь:

— А давай в выходные… Ну, попробуем что-нибудь вместе? Просто…

— Конечно! — она перебивает, целуя меня в щеку. — Я как раз хотела тебе предложить заказать тот новый гастрономический набор с мастер-классом. Там шеф-повар по видео покажет, как готовить…

Я улыбаюсь. Киваю.

После ужина Лиза засыпает с телефоном в руке, а я иду на кухню. Собираю контейнеры, выбрасываю одноразовые палочки. В углу замечаю забытый пакет с картошкой — купил ее вчера, пока Лизы не было дома. Беру одну, чистую, гладкую, кручу в руках.

Завтра, может, сварю хоть пюрешку. Простую, на сливочном масле. И поставлю на стол в той синей тарелке, которую Лиза называет «деревенской». Вдруг она заметит?