– Ты что делаешь? Руки убрала от моего ребенка! – метнулась ко мне мама девочки на детской площадке

Наконец-то суббота. Я выспалась, и мои девочки – пятилетняя Лиза и трехлетняя Яна – тоже. Мы не спеша умылись, вместе замешали тесто для оладий. Пока я жарила, они накрывали на стол, серьезно перенося каждую ложку. Завтрак прошел в смехе и рассказах.

Погода стояла чудесная, еще не жарко. Решили прогуляться. Девочки взяли ведерки, а Лиза прихватила свой розовый велосипед. Наша любимая площадка была почти пуста.

Покатавшись, они устроились в песочнице. Я села на лавочку рядом, наблюдая, как они лепят целый песчаный город. Лиза сосредоточенно возводила башню, Яна усердно наполняла формочки. Тишину нарушил мальчик лет семи с ярким пистолетом в руках. Он подбежал и без предупреждения начал рушить их постройки.

– Эй, – мягко сказала я, подходя ближе. – Здесь трудятся архитекторы. Не стоит ломать.

– Я зомби-охотник! – заявил он, топая по «гаражу» для машинок.

– Понятно. Но это чужая стройка. Лучше поищи зомби там, – кивнула я в сторону пустых качелей.

Он посмотрел на Лизу, которая губы уже поджала, поколебался и убежал. Мы с дочками вздохнули и принялись восстанавливать разрушенное.

Через минут десять подошла маленькая девочка, лет двух. Она сразу направилась к нашим куличикам, явно намереваясь их растоптать. Я взяла запасную лопатку и протянула ей.

– Хочешь помочь? Давай сделай свой.

Но девочка отшвырнула лопатку и ткнула пальцем в ведерко Яны. Та прижала его к груди.

– Нет! Мое!

Малышка заверещала. Я оглянулась, ища взрослых. Неподалеку, у забора, молодая женщина, уткнувшись в телефон, оживленно о чем-то говорила. Больше никого рядом не было.

– Мама, – позвала Лиза, глядя на меня испуганно. Ее башня снова оказалась под угрозой.

Я наклонилась к маленькой девочке, аккуратно взяла ее за плечи и отвела в сторону от песочницы.

– Ломать нельзя, солнышко.

Она, конечно, подняла оглушительный рев. Ее мама мгновенно оторвалась от телефона и метнулась к нам.

– Ты что делаешь? Руки убрала от моего ребенка!

Она схватила дочь на руки, а на меня смотрела с такой яростью, будто я совершила преступление. Лиза и Яна притихли. Внутри все сжалось от обиды и гнева. Но кричать в ответ не хотелось. Не при детях.

– Я просто помешала ей разрушать игру моих детей, – сказала я как можно спокойнее. – Вы довольно долго были заняты разговором. Вашей девочке, наверное, скучно одной. Может, теперь вы с ней поиграете?

Женщина что-то еще крикнула мне вслед, но я уже развернулась к своим дочкам.

– Девочки, собираемся. Пора домой.

– Но мы еще не доиграли, – сказала Лиза.

– Знаю. Но сегодня такой хороший день. Давайте лучше по дороге купим арбуз, а дома устроим пикник на балконе. И достроим ваш город из конструктора.

Я помогла им собрать игрушки, взяла Яну за руку, пока Лиза садилась на велосипед. Мы медленно пошли прочь от площадки, от криков и чужих проблем.

Я не стала вступать в перепалку. Не стала что-то доказывать той женщине. Я просто забрала своих детей из неприятной ситуации, сохранив им спокойствие. Арбуз оказался сладким, а город из конструктора стоит на полу в комнате, никем не тронутый.