– Тебе же надо, ты и делай, – муж с сыном сговорились и демонстративно ничего не делают по дому, а всем готовым пользуются

Знаете, я всегда считала, что семья – это работа. И семнадцать лет назад, когда выходила замуж за Игоря, была готова вкалывать. Дом, уют, правильное питание, успехи детей – я искренне верила, что это и есть женское счастье. Муж зарабатывает, я создаю тыл. Классика.

Все полетело кувырком в прошлую субботу. Я вернулась с работы, заскочила в магазин, притащила две тяжеленные сумки и пошла на кухню разбирать продукты. Надо было котлеты налепить на ужин и завтрак, пюре сварить, салат порезать. Игорь с сыном Димкой сидели в зале, смотрели какой-то боевик.

– Дим, – крикнула я из кухни, – вынеси, пожалуйста, ведро, оно уже переполнено.

– Мам, я занят, – донеслось в ответ.

Заглянув в зал, я увидела картину: оба мои мужика валяются на диване, вокруг шелуха от семечек.

– Ребята, а может, кто-то из вас пылесосом пройдется, пока я тут с ужином вожусь? – спросила я.

Игорь лениво бросил:

– А тебе, что, заняться нечем? Ты же сама хотела этот порядок. Нам и так нормально.

Димка, который в последнее время стал копией отца, добавил:

– Ага, мам. Тебе же надо, ты и делай.

Эту фразу я уже слышала от мужа. Ремонт в квартире? Мне надо, я и бегала по магазинам, выбирала плитку, договаривалась с рабочими. Организация отпуска? Мне надо, я и сидела ночами, искала отели. Новый диван? Мне надо, я и ездила по салонам. А они просто пользовались.

Я зашла в комнату и выдернула шнур телевизора.

– Ты чего? – Игорь аж подскочил.

– Так, – сказала я. – Разговор есть. Я устала. Я больше не буду делать то, что надо только мне. С завтрашнего дня каждый сам за себя. Еда – в холодильнике, готовите сами. Уборка – по графику, который мы сейчас составим.

Димка фыркнул:

– Мам, да ладно, ты же всегда все вкусно готовишь. Это твоя обязанность.

– С каких пор? – спросила я. – Я на работе деньги получаю, между прочим. А дома я вам не прислуга.

Игорь посмотрел на меня с превосходством:

– Ну хорошо. Давай по-твоему. Кто первый есть захочет, тот и готовит.

На том и порешили.

В воскресенье утром я демонстративно приготовила себе завтрак и ушла в спальню читать книгу. Из кухни доносилось ворчание. Сначала Димка пытался сделать бутерброды, но оказалось, что хлеб закончился. Он крикнул мне, но я ответила, что моя смена по магазинам была в пятницу, сегодня его очередь. Пришлось парню идти в магазин самому, впервые в жизни.

Игорь продержался до обеда. Он решил пожарить пельмени. Сжег половину, на кухне был чад и грязь. Он злился, но молчал. Вечером Димка ноющим голосом попросил меня постирать его любимую футболку. Я мило улыбнулась и сказала, что стиральная машина в ванной, порошок под раковиной, я в него верю.

В понедельник утром я спокойно собралась и уехала к подруге на два дня. Сказала, что срочная командировка. Телефон отключила.

Когда я вернулась, Игорь и Димка сидели на кухне и ели доширак. Вид у них был затравленный.

– Мама, – жалобно протянул сын, – а когда ты ужин будешь готовить?

Я села напротив них, положила ногу на ногу.

– Ребята, я все обдумала, пока была в командировке. Знаете, я поняла одну простую вещь. Мне больше ничего от вас не надо. Правда. Если вам не нужна чистота, пусть будет грязно. Если вы хотите есть доширак – ешьте. Я переезжаю к маме на недельку. Отдохну, приведу мысли в порядок. А вы тут хозяева. Разбирайтесь.

– А как же я на работу пойду в мятой рубашке? – опешил Игорь.

– Погладь, – ласково посоветовала я. – Утюг в шкафу. Или купи новую, сам.

– Мам, а мои носки? – Димка смотрел на меня круглыми глазами.

– Дим, это же твои носки, – улыбнулась я. – Тебе надо – ты и стирай. Как вы сами сказали.

Я встала, взяла заранее собранную сумку и, не оборачиваясь, вышла в коридор. За спиной было молчание. В прихожей я остановилась и крикнула:

– Кстати, если не приберетесь и не приготовите нормальный ужин к моему возвращению в конце недели, я серьезно задумаюсь, а нужны ли мне такие пассажиры. Подумайте над этим.

Кажется, мои мужчины наконец-то поняли, что фраза «тебе надо» теперь будет работать в обе стороны.