Сосед нашел способ, как избавиться от шумной компании, которая собиралась в подъезде каждый вечер

Раньше я любила приезжать к маме. У неё светлая квартира, герань на подоконнике и всегда вкусно пахнет пирогами. Но последние полгода визиты превращаются в испытание. Всё из-за подъезда.

Когда в доме поменяли окна, покрасили стены и поставили новую дверь, мы все нарадоваться не могли. Баба Нюра с первого этажа даже цветок в горшке на подоконник выставила. Красота! Но радость наша быстро потускнела.

В один прекрасный день я зашла в подъезд и чуть не споткнулась о пустую бутылку. Стены, которые только что белели свежестью, были украшены корявыми надписями. А между этажами расположилась компания подростков. Они сидели прямо на ступеньках, громко смеялись и слушали музыку без наушников.

– Девушка, а вы к кому? – крикнул мне вслед парень в капюшоне.

Я промолчала, только сильнее сжала ключи в руке.

Позже выяснилось, что это не единичный случай. Соседи жаловались, что подростки собираются почти каждый вечер. Соседу с пятого этажа, дяде Коле, который попытался их пристыдить, плюнули в спину. А женщине из тридцать второй квартиры изрисовали дверь несмываемой краской.

– Коля вызывал полицию, – рассказывала мама. – Приехали, походили, пожурили. Только толку? Как уехали, так они вернулись и лампочки повыкручивали на всех этажах.

– А участковый? – спросила я.

– А что участковый? Сказал, что их не поймать. Посоветовал самим с ними договариваться. Мирно.

Мирно – это как? Когда моя десятилетняя племянница боится идти в магазин через этот подъезд? Когда я провожаю маму до лифта, потому что на лестничной клетке может дежурить «дозор»? Мы пробовали по-хорошему. Выходили, просили не шуметь. В ответ слышали только смех и предложения «пойти отсюда, пока цела».

Однажды мы с соседкой с третьего этажа решили последовать совету полиции. Мы мирно вышли к ним. Соседка начала разговор о том, что они могли бы помочь бабушкам донести сумки. Я в это время держала руку в кармане, пытаясь незаметно включить запись на телефоне. Но один из парней заметил камеру.

– А чё это она снимает? – его голос мгновенно стал агрессивным.

Я попыталась улыбнуться, но было поздно. Меня толкнули к стене, выхватили телефон и швырнули его об пол. Экран треснул. Хорошо, что соседка закричала и они испугались, убежали. Но осадок остался мерзкий.

Ситуация стала невыносимой. Мы собирались на собрания в коридоре, шептались, но никто не знал, что делать. И тут вмешался случай.

Мамин сосед, тихий пенсионер Иван Петрович, который никогда ни во что не вмешивался, просто сидел дома и играл на скрипке. Он был музыкантом, давал частные уроки. И вот однажды вечером, когда компания особенно громко орала под его дверью, он не выдержал. Вышел с инструментом наперевес. Мы думали – будет скандал.

А он просто начал играть. Что-то классическое, громкое и очень печальное. Подростки сначала замерли. Потом начали ржать. А он играл и играл, глядя им прямо в глаза. Минуту, две, пять. Их ржач постепенно стих. Они просто стояли и слушали, не зная, как реагировать на такое. А потом один парень, самый главный задира, вдруг спросил:

– Дед, а чё за тема?

Иван Петрович опустил смычок и спокойно ответил:

– Бах. Высокая месса. Хотите научу? Только не в подъезде. У меня дома пианино есть.

Тишина. А потом самый мелкий пацан, который обычно просто стоял в стороне, несмело сказал:

– Я на синтезаторе умею немного...

С того вечера всё изменилось. Иван Петрович не прогнал их, а пригласил. Сначала двое, потом трое. Оказалось, что у этих сорванцов просто не было занятий. Теперь по вечерам в нашей квартире тишина. Потому что вся компания сидит у Ивана Петровича. Он учит их играть на гитаре и скрипке. Конечно, не всех, но самые буйные как-то быстро потеряли интерес к подъезду. Стены мы, конечно, отмыли. А недавно эти же ребята помогли бабе Нюре донести сумки. Жизнь наладилась.