Парень понял, что не сможет меня обеспечить и растворился в тумане, хотя я не искала спонсора

Мне 29, и у меня было четверо мужчин. Первый случился, когда мне было семнадцать. Звали его Лёша, учились в параллельных классах. Никакой большой любви не было, просто весна, просто хотелось быть с кем-то. Мы гуляли по крышам, слушали музыку в наушниках на двоих и думали, что так будет всегда. Но всегда закончилось через год. Я пришла к нему, села на лавочку во дворе и сказала: «Лёш, всё. Мы выросли из этого». Он кивнул, даже не спорил. Мы чокнулись банками с колой и разошлись. До сих пор вспоминаю это как самый взрослый поступок в своей жизни.

Дальше пошла череда разочарований.

Следующий, Егор, был высокий, кудрявый, весь в татуировках. Огонь вспыхнул мгновенно, и пару лет мы купались в этом пламени. А потом он меня бросил так топорно. Сначала он заявил, что я флиртую с его другом. Чушь собачья. Потом, поняв, что аргумент дохлый, принялся перечислять мои недостатки: громко смеюсь, неправильно чищу зубы, кладу лук в котлеты. Я слушала это и чувствовала только острую неловкость за него. Взяла и ушла, не дослушав финальную тираду.

Третий, Паша, был красавчик. Умный, начитанный. Я реально втрескалась. Но, как позже выяснилось, я была не единственной, кто оценил его таланты. Паша не мог пройти мимо ни одной юбки. Когда я нашла переписку в его телефоне, он даже не стал отпираться. Сказал, что это я сама виновата – мало ему давала свободы и перестала удивлять. Собрал чемодан и укатил к новой пассии.

И вот в 25, когда я уже решила, что буду тщательнее выбирать, появился он. Денис. Я пропала. Познакомились в кофейне. Он работал в IT, носил очки в тонкой оправе и говорил так спокойно, что хотелось слушать вечно. Мы быстро съехались. Всё было идеально.

– Ты зачем купила эту кофемашину? – спросил он как-то утром. – У нас же есть турка.

– Хочу нормальный кофе по утрам, – пожала я плечами. – Деньги мои, не волнуйся.

Это был первый звоночек. Я из семьи, где о деньгах не думали. Родители дали мне квартиру, образование, научили зарабатывать. Я привыкла не отказывать себе в хорошей технике, косметике, вещах. Дениса это стало бесить. Он не говорил прямо, но я замечала, как он поджимает губы, когда я показываю новое платье или заказываю продукты с доставкой, а не тащусь в магазин пешком.

– Зачем тебе пятые духи? – цедил он сквозь зубы.

– Затем, что у них разное настроение, – огрызалась я.

Мы ругались всё чаще. Я не понимала его претензий. Я же не просила его платить за мои капризы! Когда у него на работе случилась заминка с зарплатой, я сама предложила: «Пользуйся моей картой, не глупи». Он пользовался, но делал это с таким видом, будто одолжение делает мне.

В тот вечер я вернулась с работы пораньше, хотела помириться. Захожу в спальню – а шкаф распахнут, и его половина пуста. Нет ни зубной щётки в стакане, ни ноутбука на столе, ни его кроссовок в прихожей. Я, наверное, минут пять просто стояла и смотрела на эту пустоту. Потом набрала его. Телефон был выключен. Я звонила три дня. Писала подругам, общим знакомым. Никто ничего не знал. Он просто исчез.

Взрослый мужик, тридцати лет, не нашел в себе смелости даже сказать «прощай». Просто сбежал, оставив после себя вакуум.

А через пару месяцев случайно встретила его коллегу в баре. Разговорились. Он под градусом был и ляпнул:

– Ты про Дениса не парься. Он себе ровню нашёл. Бухгалтершу из нашего офиса. Скромная такая, в сером всё ходит. Ей от него только внимание нужно, а не «понты», как он говорит.

– Какие понты? – не поняла я.

– Ну, ты же у нас девушка с запросами, – хмыкнул коллега. – Он мне рассказывал: «Я её обеспечить не могу, она сама себя обеспечивает, а я рядом с ней чувствую себя ничтожеством. А с Ленкой я – король».

Я тогда рассмеялась.

Вот и пусть теперь будет королём в своем картонном замке, где нет места ни моим «пятым духам», ни моему удобному миру. А я, наверное, ещё встречу того, кого не будет бесить моё счастье.