Мы вырастили внука и дали ему все, а он не пригласил нас на свадьбу и перестал с нами общаться

Какое-то проклятие лежит на нашей семье. Мы с Владом, моим мужем, старались и для дочери, и для внука. Мы все сделали для своих близких. Но получили мы не благодарность в ответ, а полный игнор.

Влад всегда хотел большую семью. И я его в этой идее поддерживала. Я и сама мечтала стать многодетной мамой.

Но так получилось, что мои первые роды были тяжелыми. Врачи запретили мне рожать, сказали, что для меня это будет очень опасно. Я и не стала рисковать.

Мы с мужем все делали для нашей единственной дочери. Нам хотелось дать ей все возможности и блага. Мы не баловали ее сильно, но подарки дарили, возили отдыхать.

До подросткового периода все было хорошо. Но потом Вера стала неуправляемой. Она перестала учиться, успеваемость ее снизилась. И это еще было самым безобидным.

Потом дочь связалась с плохой компанией. Она могла не приходить домой несколько дней, а потом явиться пьяной. Мы пробовали разговаривать, наказывать, ограничивать в чем-то. Но ничего не работало.

А в 15 лет Вера забеременела. Она скрывала это от меня до последнего. Я обнаружила, что она в положении, когда уже живот стал виден.

- Мама, я не могла тебе этого сказать раньше, потому что боялась твоей реакции, - заявила Вера.

Я спрашивала у дочери, кто отец. Но она сказала, что не помнит. Конечно, она же в пьяном угаре с кем-то кувыркалась.

Положительным в этой ситуации было то, что во время беременности дочь сидела дома. Мне казалось, что с рождением малыша Вера одумается, станет ответственной.

Но после появления на свет Пети дочь опять принялась за старое. Она пошла по друзьям. А внука оставила нам с мужем. Мы заботились о нем, ухаживали за ним. Мальчик со временем к нам привязался, наверное, даже нас своими родителями в какой-то период жизни считал.

В один день раздался звонок. Это была Вера. Она сказала, что уезжает со своим очередным кавалером, что ей нет никакого дела до нас с Петей. Мы с мужем ужаснулись от таких слов, но никак не могли повлиять на дочь и ее решения. Состояние у нас еще долго было подавленным.

Мы держались только за счет внука. Петя придавал нам сил жить. Мы решили, что будет стараться ради него.

Петя радовал нас успехами в школе. Он занимался музыкой, спортом. Подростковый возраст, которого мы так боялись, прошел без всяких приключений. И когда внук окончил школу и поступил в университет в областном центре. Мы вздохнули с облегчением. Все-таки не разочаровал нас мальчик.

Да, на бюджет Петя не прошел, но у нас были деньги, чтобы оплачивать его учебу. И зарабатывали мы с Владом хорошо, и сбережения у нас были.

Дело в том, что мы, когда Вера была маленькой, купили квартиру для нее. Мы решили подарить ее ей, когда она станет взрослой. Но только дарить уже было некому.

Все эти годы мы сдавали жилье и откладывали средства.

Когда Петя учился на последнем курсе, он сказал, что будет оставаться в большом городе. И тогда мы решили продать квартиру, а внуку купить жилье там, где он решил обосноваться.

Получилось у нас приобрести просторную двушку, а еще и ремонт там сделать. Петя сиял, когда получил такой подарок.

Дальше все шло своим чередом. Но мы с Владом заметили, что Петя реже стал звонить нам. А приезжать вообще отказывался. Но мы объясняли это тем, что он работает, занят чем-то. И на наши звонки он не всегда отвечал, порой не перезванивал.

 

- Работает мальчик, - говорил Влад. – Не мешай ему.

 

Когда Петя про нас не вспоминал несколько месяцев, я позвонила сама ему. Трубку сняла какая-то девушка.

 

- А где Петя?

- Он занят. А Вы кто?

- Я – бабушка Пети.

- Странно. Он сказал, что у него нет родственников, что он – сирота.

 

Это было для меня ударом. Петя скрывал ото всех, что у него есть родственники. Влад, когда узнал об этом, схватился за сердце.

Следующим ударом стало то, что мы узнали о том, что внук женился. Нам фотографии в социальной сети показала меня племянница.

Я хотела поехать к внуку, поговорить с ним. Но муж отговорил меня. Он сказал, что не нужно навязываться тому, кто не хочет нас знать.

В чем-то Влад прав. Но я никак не могу понять, что я не так делала, что ко мне Петя так относится.