– Мы не смотримся вместе, – девушка стеснялась своей полноты и ответила отказом на моё предложение руки и сердца

Я сидел в парке на скамейке, ждал Олю и перебирал в памяти школьные годы. Тогда она казалась мне небожителем – высокая, красотка. Я же был щуплым парнем в очках с толстыми линзами. Мы учились в параллельных классах и практически не пересекались, кроме одного раза в столовой, когда она громко при подругах назвала меня «ботаном». Я запомнил тот смех надолго.

Прошли годы. Я переехал в другой район, устроился в строительную фирму, сменил очки на линзы и как-то незаметно для себя превратился из заморыша в нормального мужчину. А Олю встретил случайно на почте. Она стояла в очереди с пухлым конвертом и выглядела совершенно иначе. Из той острой, словно вырезанной из журнала девицы она превратилась в мягкую женщину с простым хвостиком на затылке и уставшими глазами. Я сразу её узнал, а она меня – нет. Пришлось окликнуть.

– Оля, это ты? Антон, школа номер двенадцать.

Она вздрогнула и покраснела.

– Ой, привет. Не ожидала. Ты сильно изменился.

– Взаимно, – кивнул я, стараясь не пялиться на её округлившиеся щёки. Она заметила этот взгляд и натянуто улыбнулась.

Странное дело: раньше при виде Оли у меня дрожали коленки и сохло во рту от страха ляпнуть глупость. А теперь, когда она стояла передо мной растерянная и явно стесняющаяся своей полноты, я чувствовал только одно – желание её подбодрить. Мы разговорились. Сначала о пустяках: где живём, кем работаем. Оказалось, она помогает в ветклинике, возится с кошками и собаками. Мне это понравилось. Я оставил ей свой номер и предложил как-нибудь выпить кофе. Она согласилась без особого энтузиазма, и я подумал, что это из вежливости.

Но через пару дней она всё же написала. Мы встретились в кофейне, потом ещё раз, потом гуляли по набережной. Оля говорила мало и всё время прятала руки в карманы толстовки. Я не давил, просто болтал о своей работе, о том, как недавно сломал дверь в новой квартире и чинил её подручными средствами. Оля наконец рассмеялась, и этот смех, честное слово, был лучше всякой музыки.

Постепенно она оттаяла. Мы стали встречаться чаще. Я понял, что меня тянет к ней не как к бывшей школьной «звезде», а как к родному человеку. Рядом с ней я отдыхал душой.

Через три месяца я решился. Дома приготовил ужин и, когда она сидела на диване, пододвинул к ней коробочку с кольцом.

– Оля, выходи за меня.

Она замерла, глядя на кольцо так, словно там лежал паук.

– Нет, Антон. Прости, я не могу.

– Почему? Нам же хорошо.

Она отвела взгляд и сжала подушку.

– Посмотри на нас. Ты стройный, подтянутый, на тебя девушки оборачиваются. А я... видишь же, какая стала. Мы не смотримся вместе. Ты заслуживаешь кого-то получше.

Я опустился перед ней на колено и взял за руки.

– Слушай, в школе ты мне нравилась безумно, но я для тебя был пустым местом. А сейчас мне плевать на внешность. Мне с тобой уютно. Ты единственная, кто слушает мои дурацкие истории про ремонт и смеётся, когда я шучу. Это важнее любой модельной фигуры.

Оля поджала губы.

– Но я же была такой стервой тогда в столовой. Неужели ты забыл?

– Помню, – кивнул я. – И долго переживал. Только знаешь что? То прошлое осталось в школе. Передо мной сейчас другая Оля, и именно её я люблю. Со всеми килограммами и комплектами смущения.

Она молчала долго. Потом спросила:

– Ты правда не будешь стесняться меня перед друзьями?

– Я буду гордиться, потому что моя жена – самый искренний человек из всех, кого я встречал.

Оля улыбнулась и наконец протянула мне левую руку. Кольцо пришлось впору. Мы сидели на диване и обсуждали, что теперь нужно приобрести шкаф в прихожую – её кошки любят спать на коробках от обуви, а в старом места мало. Так и началась наша общая жизнь.