– Мужчина должен обеспечивать! – жена требовала всё больше и больше от меня, отказываясь выходить на работу

Мне позвонила Лида: 

— Макс, деньги пришли? Малому новые ботиночки нужны. 

— Перевел все, что было. Машину только в сервисе оставил — сцепление меняют. Сумма та же, что и всегда. 

— Всегда, да не всегда. Инфляция! Ищи подработку. Скину список: садик, коммуналка, мои курсы, продукты. 

— Завтра, Лид. Сегодня выдыхаю, к отцу заеду. 

— Не задерживайся. 

Заглянул к родителям. Отец молча хлопнул меня по плечу, а мама сразу повела на кухню. 

— Совсем тенью стал, — провела ладонью по щеке. — Суп остался. 

— Спасибо, мам. С утра ничего во рту не было. Лида в декрете сидит, вот и кручусь как белка. 

Родители переглянулись. Мама осторожно сказала: 

— Максим, сынок, а Степке-то твоему уже пятый год. Какой же это декрет? 

— В голове не укладывается. Кажется, только вчера из роддома забирали. Работа сбила все чувство времени. 

— У тебя его вообще нет, времени, — врезалась сестра Катя, вечно колючая. — Ты на трех работах горишь. Лида хоть раз тебе «отдохни» сказала? Хоть раз обед в контейнер собрала? 

Я молча уставился в тарелку. 

— Вот и я про то. А помнишь, как на юбилей ей ресторан снимали? Тебе это было нужно? Нет. Сыну? Тоже. А ей — чтобы фото в соцсетях выложить. За твой счет. 

— Катюш, хватит, — мягко остановила мама. — Он сам во всем разберется. 

— Когда с ног рухнет, тогда и разберется. Прости, брат, но это не жизнь, а каторга. 

— Ладно, понял, — махнул рукой. — Отстань уже со своей заботой. 

— Я не отстану никогда, — она наконец улыбнулась. 

Переночевал в своей старой комнате. Выспался так, как не спал годами. Утром мама вручила пакет с котлетами и пирожками. 

— На, подкрепишься в обед. 

По дороге на службу поймал себя на мысли: когда Лида последний раз давала мне еду с собой? Еще до рождения первого. Кажется, в прошлой жизни. 

Вечером жена встретила на пороге. 

— Что значит «затянуть пояса»? Мне к лету платье новое, а ты тут со своей экономией! 

— Без платья проживешь. А без машины я на объекты не доберусь. Твои салоны красоты и онлайн-курсы съедают половину моего заработка. Я устал, Лида. 

— Не ной. Мужчина должен обеспечивать. 

— А если заболею? Такие нагрузки... 

— Не болей. У нас семья. 

— Тогда выходи на работу. Хоть на полставки. Деньги будут, и ты сама сможешь себе наряды покупать. 

— Я же мать! — вспыхнула она. 

— Нашему младшему пять лет. Декрет давно кончился. Проснись. 

Она фыркнула и ушла. Не вышла, конечно. Зачем, если я исправно плачу? 

Шли годы. Дети подросли, пошли в школу. Лида устроила быт по своему вкусу: фитнес по утрам, солярий, встречи с подругами. Я же просто работал. Дом превратился в гостиницу, где я ночевал между сменами. 

А потом все рухнуло. На стройке резко закружилась голова, земля поплыла под ногами. Коллеги вызвали скорую. Врач в приемном покое сурово смотрел на меня: 

— Довели себя. Сердце сорвали. Такой молодой, а уже на грани. Теперь только покой, никаких перегрузок. 

Лида приехала в больницу на третий день. Выслушала главврача, бледнея. 

— То есть, он больше не сможет зарабатывать? 

— Если хочет жить — нет. Нужен длительный восстановительный период. 

Она не зашла ко мне в палату. Уехала, даже не позвонив. 

Ко мне приходили отец с матерью, Катя привозила детей. Лиды не было. Через неделю мне передали ее смс: «Не могу тянуть тебя и детей. Подаю на развод. Квартиру поделят, алименты на двоих — 80 тысяч. Это минимум». 

Я нанял адвоката. Квартиру, купленную в браке, продали. Лида взяла свою долю и купила двушку в ипотеку. Я снял маленькую студию рядом с работой. Суд назначил алименты — по 12 тысяч на каждого. Жена кричала в зале, что это насмешка. 

Прошло время. Дети подросли, часто гостили у меня. Однажды Катя, скривив губы, сообщила: 

— Твоя бывшая замуж вышла. И уже новому то же самое поет: «денег мало, ищи подработку». Говорят, он ей сразу сказал: «Или экономь, или сама иди работать». Наверное, наслушался про тебя. 

Я сидел на кухне, больше не слышал вечного: «Мало. Надо еще». Я просто жил.