Мои родители постоянно цеплялись к мужу, чтобы подчеркнуть его несостоятельность, пока он не поставил их на место

Мы уже год как переехали в свою небольшую квартиру, но для моих родителей, особенно для отца, муж так и остался «неудачником без амбиций».

В тот вечер папа разливал красное вино, и его взгляд упал на Лёшу. – Ну, Алексей, твои творческие поиски наконец принесли какой-то доход? Или продолжаешь перебиваться с хлеба на воду?

Голос его звучал привычно-снисходительно. Я видела, как внутренне сжимается Лёша. – Папа, он завершил крупный заказ! – сразу же вклинилась я.

Моя мать мягко вздохнула, будто комментируя шалость ребенка. – Леночка, не кипятись. Дай-ка ему лучше эту тарелку, а то он опять все крошки на новый диван разбросает.

Они говорили с нами, как с несмышлеными подростками. Лёша попытался отвлечь их внимание. – Вы бы попробовали нашу утку, Елена сама ее готовила. Получилось великолепно. – Это она у меня научилась правильно держать нож, – тут же отозвался отец, смакуя каждый слог. – А ты бы хоть пол в прихожей вымыл, пока жена на кухне трудится.

Тут я не выдержала. – Довольно! Мне надоело это! Да, он не работает на престижной должности. Да, его доходы нестабильны. Но это моя жизнь и мой любимый человек. В нашем доме вы – гости.

Мама смотрела удивленно, но молчала.

– Если вам здесь неприятно – прошу, выход там, – закончила я, указывая на коридор.

Минутное молчание. Наконец, отец тяжело поднялся. – Пойдем, Аня. Не будем им мешать жить.

Дверь за ними закрылась. Я обернулась к Лёше. Он смотрел на меня с таким облегчением и благодарностью, что у меня сжалось сердце. Я подошла и обняла его. – Лена, подожди здесь, – попросил он и вышел в подъезд.

Я прислушалась. Сначала доносились сдержанные голоса, а потом – тишина. Через пять минут, которые показались вечностью, дверь снова открылась. Первым вошел Лёша, за ним – мои родители.

– Папа, мама, садитесь, пожалуйста, – сказал Лёша.

Не знаю, что он им говорил, но отец вдруг изрек: – Простите нас. Мы просто боялись за ваше будущее. Но, кажется, вы сами о нем позаботились лучше нас.

Это стало началом нового этапа наших отношений. Теперь, когда отец спрашивает о работе Лёши, в его голосе слышен интерес, а не проверка. А мама, передавая мне тарелку, с улыбкой шепчет: «Держи, хозяйка. Утка у тебя и правда получается лучше моей». И в этом нет упрека, только гордость.