– Хочешь проверить? – друг решил устроить испытание моей невесте и оказался во всем прав

Я простоял в очереди на кассу минут десять, прежде чем понял, что творю какую-то ерунду. Набрал полную тележку, будто мы не встретиться собирались, а на необитаемый остров эмигрировали. Выложил всё на ленту и говорю кассирше:

– Знаете, а я, пожалуй, только сыр возьму и багет. Остальное, извините, оставлю.

Она посмотрела на меня как на городского сумасшедшего, но промолчала. А я просто вспомнил, что Пашка всегда ненавидел, когда из него делали гостя. Мы же с ним с первого класса за одной партой. Какая, к черту, тележка?

Пять лет не виделись. Он укатил в Краснодар, сначала говорил – на год, потом – на два, а потом как-то само собой вышло, что он там и осел. Я, если честно, уже и не надеялся, что он когда-нибудь заявится. А тут звонит вчера – голос как из прошлого: «Я в городе. Завтра днём на пару часов вырвешься?».

Я с работы отпросился, хотя начальница кривилась. Ну и пусть. Такие встречи не каждый год случаются.

Захожу в кафе, вижу – сидит. Почти не изменился, разве что виски чуть тронуло. Встал навстречу, и мы так сжали друг друга, что у меня рёбра хрустнули.

– Ну, давай, рассказывай, – говорю, когда мы расселись. – Как ты там, в своей столице южной?

Пашка отмахнулся, мол, чего рассказывать. Бизнес, говорит, более-менее. Квартиру вот взял. Я смотрю на него и думаю: как же вовремя ты приехал. У меня ведь такое, о чем по телефону не скажешь.

– А ты? – спрашивает он. – Женился хоть?

Я вздохнул. Ну, начали.

– Понимаешь, Паш, есть одна девушка… И я, кажется, серьёзно. Хочу предложение делать.

– О, здорово! – обрадовался он. – А я её знаю?

– Знаешь, – говорю. – Это твоя Рита.

Посмотрел на меня, потом в окно, потом опять на меня.

– Рита? – переспросил. – Ну, ты даёшь, Тим.

– Я понимаю, что ситуация дурацкая, – затараторил я. – Но у нас всё как-то само закрутилось. Вы же расстались давно, я думал, ты не будешь против…

– Погоди, – перебил он. – Ты уверен, что это та Рита? С которой я два года промучился?

Я аж поперхнулся. Как это – промучился? Он же мне тогда уши прожужжал, какая она замечательная.

– Слушай, – Пашка подался вперёд. – Я тебе как друг говорю. Она не изменилась. Люди не меняются. Ей всегда нужно больше, чем у неё есть. Я устал доказывать, что я достоин. Если ты ей даёшь всё, что она просит, – окей. Но как только у тебя закончатся ресурсы, она найдёт другого спонсора.

Меня это задело. Я же люблю её. Разве можно так о человеке?

– Ты просто обижен, – сказал я. – У нас всё иначе.

Пашка усмехнулся, но как-то невесело.

– Хочешь проверить? – спросил он.

– Что значит – проверить? Я ей доверяю.

– А я не доверяю. Я ей напишу. Скажу, что у меня тут бизнес, квартира, деньги рекой, и я всё осознал, хочу её вернуть. Если она меня пошлёт – я признаю, что был не прав.

Мне эта идея не понравилась. Гадко как-то. Но в голову уже червячок закрался. А вдруг? Нет, бред. Конечно, пошлёт.

– Давай, – говорю. – Только быстро.

Он достал телефон, застучал пальцами.

– Ответила, – сказал Пашка и протянул мне трубку.

Я прочитал сообщение. Там было что-то про «чувства, которые остались», про «не знаю, получится ли у нас снова». Она не послала его. Она вообще не вспомнила про меня.

– Пиши ещё, – сказал я.

Он написал про то, что заберёт её с собой. И она ответила согласием. Написала, что уйдёт от меня сегодня же. Я сидел и смотрел на столешницу. В голове было пусто.

Тут звонит мой телефон. Рита.

– Тим, – говорит. – Нам надо поговорить. Я, наверное, от тебя уйду. Я встретила человека… Понимаешь?

– Понимаю, – сказал я. – Собирай вещи.

Я вернулся домой, а её уже и след простыл. Только записка на столе: «Не ищи меня. Так лучше».

Потом позвонил Пашка.

– Ты прости меня, – говорит.

– За что? Ты глаза открыл. Лучше сейчас, чем после ЗАГСа.

Вечером мы сидели на кухне.

– Обидно не то, что она ушла, – сказал я. – Обидно, что я сам себе врал. Ты же мне про неё всё рассказал тогда, пять лет назад. А я думал: я-то лучше буду, я-то особенный.

Пашка хлопнул меня по плечу.

– Бывает. Зато теперь ты свободен.

– Ага, – кивнул я. – Без невесты и без иллюзий.