– Знаешь, тебя стоит отвезти обратно к маме, – выдал мне мужчина, недовольный тем, как я веду себя в его квартире

Это знакомство произошло полгода назад в одной кофейне. Он стоял передо мной в очереди и долго не мог выбрать между рафом и капучино. Я посоветовала раф. Он прислушался.

Денис оказался красивым, начитанным, работал с цифрами. В его биографии значился один студенческий брак, который закончился быстро и, по его словам, безболезненно. Мы встречались два месяца, и это было похоже на американские горки, только без спусков — сплошной подъем.

– Слушай, – сказал он как-то вечером, когда мы сидели на набережной. – А зачем нам две квартиры? Давай жить вместе.

Я согласилась сразу. Взяла спортивную сумку, накидала туда джинсы и свитера и сбежала от мамы. Первый месяц мы прожили как в рекламе йогурта. Он носил меня на руках, варил эспрессо и будил поцелуями. А потом начались будни.

Как-то я поставила кружку с чаем на его письменный стол. Не на подставку, а просто так. Он вошел, посмотрел на кружку, потом на меня. Таким взглядом, будто я развела костер посреди гостиной. Я вытерла след, принесла подставку.

В другой раз я закинула его футболку в машинку со своими вещами. Он долго и утомительно объяснял, что это мерседес среди футболок, и стирать её нужно исключительно шампунем для грудничков на режиме «шёлк». Я кивала, но внутри начало что-то побулькивать.

В субботу я получила три замечания за два часа. Сначала за вилку, которую я оставила в раковине (вилки должны сразу ехать в посудомойку), потом за то, что я громко дышала, когда он работал, и под конец — за его наушники, которые я положила не на ту полку. Я сидела на кухне и смотрела в стену. Мысль о том, что я поторопилась с переездом, стучалась в голову настойчиво.

Вечером он вышел из комнаты, посмотрел на меня и выдал:

– Знаешь, наверное, тебя стоит отвезти обратно к маме. Там, может, научат хотя бы вещи по местам раскладывать.

Меня как кипятком ошпарило.

– Точно, – сказала я. – Отвези. Или лучше я сама.

Я пошла собираться. Он не поверил. Сел за компьютер, надел наушники, делая вид, что я просто вышла покурить на балкон. Наверное, думал, что я сейчас обижусь, поплачу в подушку и приду мириться.

Через полчаса я стояла в прихожей с сумкой. Он выскочил, когда щелкнул замок.

– Ты куда? – спросил он растерянно. – Я пошутил.

Я хлопнула дверью.

По дороге к маме он звонил раз десять. Я сбросила. Потом полетели сообщения: «Я погорячился», «Ты неправильно поняла», «Я не хотел тебя обидеть». Я заблокировала его в мессенджере. Он начал писать СМС. «Вернись, я всё прощу».

Интересно, это он меня простит или я его? Может, я правда перегнула палку? Может, ну её, эту гордость? С другой стороны, если сейчас вернуться, он поймет, что можно говорить мне любые гадости, а я всё равно приползу.

Боюсь, что в следующий раз вместо претензий про вилку будет что-то похуже. Рукоприкладство, например. Пока просто слова, но слова тоже бьют.

Может, я и правда поторопилась с переездом. Но с отъездом – нет. Нельзя жить с человеком, после слов которого хочется исчезнуть. И если внутри ёкает не от любви, а от страха сделать что-то не так – это не та история, которую стоит продолжать.