- Зачем ты рожала, если сама прокормить не можешь? - бывшая свекровь возмущается, что я требую алиментов с ее сына

В браке с Гришей я была 7 лет. За это время у нас родились дети. Первой стала дочка Тоня. Ей недавно 6 лет исполнилось. А через 2 года после нее я родила еще девочку. Насте 4 года сейчас.

- Хочу наследника, - сказал муж. – Все-таки кто-то мой род должен продолжать.

Я понимала где-то Гришу. Многие мужчины так говорят. Мне и самой хотелось мальчика. Но в то же время я сомневалась, сможем ли мы справиться.

Дело в том, что после рождения Насти наши отношения с мужем ухудшились. Нет, все не стало совсем плохо. Просто периодически супруг стал позволять себе срываться на мне, кричать на меня

- Я сильно устал на работе, - оправдывался потом Гриша.

Я и решилась на третьего ребенка. Им стал мальчик Арсений. Гриша был очень счастлив, когда малыш появился на свет.

И в первые несколько месяцев жизни сына муж показывал себя образцовым отцом. Он все делал, помогал мне во всем.

Но потом все неожиданно изменилось. Гриша стал задерживаться на работе, домой приходил раздраженным.

А когда Арсению было полгода, муж пришел и сказал, что хочет развестись. У него, видите ли, появилась другая женщина, которую он любит.

Я не стала пытаться удержать Гришу рядом любой ценой. Я сказала ему, чтобы собирал вещи и шел, куда хочет. Это Гриша благополучно сделал.

Потом он еще несколько раз приходил, чтобы забрать телевизор, компьютер и письменный стол, что он покупал. Хорошо, что квартира была моей добрачной. Иначе Гриша попросил бы меня из нее.

- Я алименты буду и так платить, - сказал мне Гриша. – Ты в суд только не иди.

Я не стала подавать в суд, решила дать бывшему шанс проявить себя. И он это делал в первые несколько месяцев.

Гриша не только алименты тогда платил, но и виделся даже с детьми, приходил к ним Дочки наши были счастливы, да и сын тоже улыбался, когда отца видел.

А через некоторое время забеременела новая пассия Гриши. И он забыл про наших с ним детей. Я и не звала бывшего в гости. Не могла же я заставить его видеться с ребятами!

Когда новая женщина моего бывшего ушла в декретный отпуск, мне было сказано, что алименты будут уменьшены.

- Смогу платить только 10 тысяч в месяц, - сказал Гриша. – Сама понимаешь, что расходы будут только расти, а вот зарплаты Тани у нас пока что нет. Только пособие теперь будет у нее.

Меня эта ситуация не устраивала. Я в то время не работала, получала пособие и ничего больше. С тремя детьми на такие деньги не получилось бы выжить.

Тогда я пошла в суд, подала на алименты. И Гришу обязали платить мне половину его зарплаты Как же он негодовал, когда это решение услышал. Но деваться ему было некуда, поэтому пришлось платить.

Я стала получать свои деньги, тратить их на детей. И жизнь моя наладилась. А того же самого нельзя было сказать про Дарью Игоревну, маму Гриши. Бывшая свекровь не могла успокоиться, когда поняла, что доход ее сына стал гораздо меньше.

Она даже ко мне пришла через несколько месяцев после назначения алиментов. И претензия у нее была одна единственная.

- Зачем ты рожала, если сама прокормить не можешь? – спросила Дарья Игоревна. – Чем ты вообще думала?

А чем думал Гриша? Он же тоже участвовал в зачатии. Он – отец. Содержать детей, воспитывать – его обязанность.

- Вы бы со своим сыном поговорили, объяснили ему, что негоже бросать дочек и наследника, которого он так просил, - сказала я.

Но только бывшая свекровь все это слушать не стала. Она потребовала, чтобы я отказалась от алиментов, потому что ей надоело жить с ее сыном.

Вот это да! Вот в чем дело. Гриша не смог снимать квартиру с тех пор, как его новая любовь ушла в декрет. И поэтому он переехал к маме, в квартире которой была и его доля. А новая невестка не из робкого десятка, не дала свекрови развернуться.

Только все это – не мои проблемы. Я так и сказала Дарье Игоревне. Она обиделась, сказала, что найдет на меня управу, что сама в суд пойдет, чтобы ее сыну урезали алименты.

Пусть смотрит, чтобы не добавили. Шучу, конечно. Но Гриша платить будет то, что полагается по закону. И меня его проблемы не интересуют. Его же не волнует, что будут есть его дети. Почему я о нем должна думать?