- Я же не стала на тебя в суд подавать, - не могу показывать покупателям квартиру подруги, а она меня шантажирует

С Дианой мы подружились при весь неприятных обстоятельствах. Но мы до сих пор общались нормально, а недавно у нас начался конфликт. Все дело в том, что я не могу постоянно помогать Диане и выполнять ее просьбы. Я работаю, но она этого понять не хочет.

Я развелась с мужем 8 лет назад. Тогда у меня в жизни был непростой период. Мне нужно было думать, куда ехать с дочкой жить, как вообще жизнь свою устраивать. Тут бывший муж, надо отдать ему должное, повел себя нормально и даже благородно. Он сказал, что купит нам с Машей двухкомнатную квартиру.

- Вы там будете жить, но меня трогать ты мне будешь, - сказал Игорь. – Я буду алименты на дочь платить, но общаться не буду. У меня новая жена, новая семья. Чего я должен тратить время на твоего ребенка?

Звучало ужасно. Но перспектива получить квартиру меня грела. И алименты тоже лишними мне не были.

После развода мне было тяжело с дочкой. Маша переживала, что папы нет рядом, истерики устраивала. В детском садике она тоже плохо стала себя вести, с детьми дралась. Мне неоднократно на нее жаловались воспитатели, но никакие разговоры с ребенком не помогали. А еще Маша стала часто болеть. У нее ангины были, температура высокая поднималась. А поскольку я часто на больничных была, на меня еще и на работе стали косо смотреть.

Когда дочка в очередной раз заболела, я не находила себе места. Как-то много проблем навалилось на меня. Я и работать вызывалась удаленно, чтобы проект не завалить, и ремонт в спальне у себя мне нужно было доделывать. Сама я тоже не лучшим образом себя чувствовала, потому что плохо спала ночью. Где-то днем дочка стала плакать. Я пошла на кухню, чтобы заварить ей чай, а также взять лекарство. Все это я принесла ей в комнату. Через минут 15 в дверь позвонили. На пороге стояла девушка, которая представилась моей соседкой снизу.

- Я – Арина, - сказала она. – Вы меня затапливаете.

Мы вместе пошли на кухню. Там я увидела, что у меня на полу везде вода. Стало понятно, что прорвало трубу, которая давно уже в замене нуждалась. Но я как-то все откладывала этот вопрос. Арина не стала скандалить. Она увидела мою заплаканную дочку, меня, измученную. Она помогла мне убрать воду, а также сказала, что не пойдет ни в суд, ни куда-то еще. Так мы и подружились, стали общаться. Только долго по соседству мы не прожили, потому что Арина вышла замуж и переехала к своему мужу.

Свою квартиру в первые несколько лет брака Арина сдавала. А потом она решила ее продать, потому что они с Толиком планировали брать большее жилье. Такое решение было принято, когда Арина забеременела. И поначалу она сама показывала квартиру потенциальным покупателям, меня ни о чем не просила. А пару недель назад Арина уже закончила работать, стала сидеть дома, готовиться к родам. И свободного времени у нее куча появилась, как по мне. Но только пользоваться этим подруга не спешила и не спешит. Сразу же после начала декретного отпуска Арина позвонила мне и попросила показать ее квартиру потенциальным покупателям.

- Они вечером придут, когда ты дома будешь, - сказала подруга.

Я показала один раз квартиру, второй. А потом это стало моей обязанностью. При этом Арина не всегда договаривалась с людьми на вечер, когда я дома.

- Эти люди смогут только утром прийти, - говорила мне подруга иной раз.

И я отпрашивалась с работы, чтобы помочь Арине. Но только потом меня уже и отпускать перестали даже на полтора часа. Я Арине об этом сказала. Но она не пожелала входить в мое положение. Она решила к шантажу прибегнуть.

- Я же не стала на тебя в суд подавать, - сказала подруга. – А ты меня тогда нормально так затопила! Умей платить добром за добро.

Я не против это делать. Но только моя доброта может привести к тому, что я потеряю работу. А кто меня тогда содержать будет? Подруга явно не станет этого делать, потому что у нее скоро свой ребенок родится. Не до других будет тогда уже. Я еще несколько раз показала квартиру Арины, смогла как-то подстроиться под нее и ее потенциальных покупателей. Вроде бы, сделка намечается уже. Но что-то мне подсказывает, что и нормально общаться мы больше не сможем. Не очень красиво повела себя подруга.