- Я завтра же дарственную напишу, чтобы только никогда вас не видеть, - сказала свекровь, когда мы побывали у нее на даче

Мы с Олегом живем в городской квартире, за которую выплатили ипотеку. В нашей трешке помещаемся мы, а также трое наших детей.

Через несколько домов от нас живет моя свекровь. Оксана Романовна – частый гость в нашем доме. У меня с ней ровные отношения. В свое время она помогала мне с детьми. Я очень ценю ее вклад в их воспитание.

Три года назад свекровь удивила нас. Она собрала меня, Олега, наших детей, после чего сделала объявление.

- Я устала от жизни в городе, хочу на пенсии на природе жить. Поскольку у меня есть дача, я готова туда перебраться.

Но там же дом был совсем простой, холодный. Зимой там нереально было находиться. И об этом мы напомнили Оксане Романовне.

- Я знаю об этом. И поэтому у меня к вам есть предложение. Вы мне дом отремонтируете так, чтобы в нем можно было жить круглый год. Я же вам свою квартиру оставлю, вы ее сдавать сможете и деньги себе в карман будете складывать.

Мы не могли сразу принять решение, поэтому взяли время на раздумья. Несколько недель мы с Олегом все обсуждали.

Я спрашивала много раз у свекрови, окончательное ли ее решение. И она уверяла меня, что она не передумает. Мы и взялись за ремонт.

Деньги у нас были отложены. Правда, они для других целей предназначались, но мы решили, что компенсируем расходы сдачей квартирой Оксаны Романовны.

Когда ремонт был завершен, мы повезли свекровь на дачу. Она обошла свои владения, повосхищалась всем.

- Даже душ и туалет в доме есть, - говорила она. – Красота!

В скором времени свекровь перебралась за город, стала там обживаться. И она довольно быстро адаптировалась, нашла подруг.

За два года она в город приезжала только несколько раз. Здоровье у нее крепкое, по поликлиникам она редко ходит, поэтому и не казала носу она из села своего.

Нас к себе Оксана Романовна приглашала, но все нам некогда было ее навестить. То у нас дела разные были на работе, то дети болели, то у них какие-то кружки были, соревнования, поездки на экскурсии.

В этом году мы все же нашли время на то, чтобы приехать к Оксане Романовне. Когда она узнала о том, что мы будем у нее, она обрадовалась. Конечно, она ведь столько раз нас звала, а мы все никак не могли выбраться к ней.

Дети, когда вылезли из машины, тут же помчались на участок. Стали везде носиться. Мы же с мужем начали болтать с Оксаной Романовной. Свекровь никак не могла спокойно на месте усидеть.

- Они же по огороду бегают, - говорила она мне. – Обязательно там испортят что-то.

- Но детям же нужно двигаться, - заметила  я.

- Почему именно на моих грядках? Убери их с них!

Я попросила ребят не носиться по огороду. Тогда они стали лазать по деревьям в саду. Одну ветку яблони они случайно сломали. Свекровь тут же схватилась за сердце. На самом деле страшного ничего не произошло. Просто Оксана Романовна привыкла преувеличивать масштаб катастрофы.

До конца дня она вечно одергивала то меня, то детей. А потом она и вовсе пожаловалась на давление.

В следующие выходные мы вновь приехали к свекрови. Она опять нас сама позвала, мы не напрашивались.

И снова дети стали бегать. Оксана Романовна делала им несколько замечаний в минуту, а ребята на них не реагировали.

- Я же вам квартиру отдала! – стала орать вечером свекровь. – Чего вы приехали сюда? Зачем вам моя дача? Вы же выживаете меня с нее.

Олег напомнил матери, что формально квартира все так же ей принадлежит. А еще муж сказал, что мы деньги в ремонт этого дома вложили, поэтому можем приезжать.

- Я завтра же дарственную напишу, чтобы только никогда вас не видеть, - сказала Оксана Романовна. – Сколько будут ваши дети здесь носиться и все портить? Я не для того участок в порядок приводила.

Это было неожиданно. Олег в тот день без настроения уехал домой. Он и представить не мог, что его мать с такой ненавистью относиться к нему и его семье.

- Не нужна мне эта квартира, - сказал мне муж. – Я не могу понять, что не так мы уже сделали, чем так сильно насолили ей.

Для меня это тоже стало загадкой. Свекровь раньше не вела себя так. Мне кажется, что она свихнулась от одиночества. Не хватает ей все-таки общения, но признаться она в этом не может.