- Я понял, что не готов к ответственности, - сказал муж, когда я родила, а свекровь и не думает на него влиять

Я замужем уже не первый год. Мы с Максимом прожили уже 3,5 года. И у нас все было хорошо, мы могли договориться обо всем.

Но вот только с появлением ребенка муж изменился. Он решил отмотать все назад. Но как это возможно? Ребенок – не товар в магазине, который можно сдать обратно. Макс только не понимает этого.

Хотя, в случае с мужем все возможно. Он вполне может оставить меня и сына, уйти из дома. Это он и сделал недавно.

Когда мы только поженились, у меня уже была двухкомнатная квартира. Мне ее родители подарили на совершеннолетие.

Мы не уходили от вопроса о детях с самого начала, но и не спешили с ним. Я спросила у мужа, что он думает о рождении ребенка, хочет ли он продолжать род.

- Конечно, хочу, - сказал Максим. – Но мне кажется, что нужно пожить для себя пару лет. Да, у нас есть доход, крыша над головой, но не нужно спешить.

Я была целиком и полностью согласна. Мы стали путешествовать, откладывали какие-то деньги, чтобы в декрете была подушка безопасности.

Решение о том, чтобы перестать предохраняться, мы с Максимом приняли вместе. После второй годовщины свадьбы мы решили, что пора пробовать зачать.

Забеременела я через несколько месяцев. И когда я сходила на УЗИ, подтвердила беременность, я сказала об этом мужу.

Максим очень обрадовался, сказал, что нам нужно заранее все подготовить для малыша. И мы стали ходить по магазинам, выбирать кроватку, коляску. Еще мы ремонт сделали в детской комнате, все так оборудовали. Вещи какие-то нам отдали родственники, что-то мы купили сами.

Беременность я переносила легко, проблем у меня никаких не было. Психологически мне было комфортно.

У нас с Максимом не было никаких кредитов, проблем бытового плана. Родители нас поддерживали, радовались за нас.

В роддом я легла заранее. Родила я через несколько дней. Об этом я сразу же сообщила мужу по телефону.

Максим обрадовался, даже разрыдался от счастья. И пока я лежала в роддоме, мы с ним активно общались, несколько раз созванивались.

Я никак не ожидала неприятных сюрпризов. Но они начались уже на выписке, куда пришли муж, мои родители, а также Ксения Павловна, моя свекровь.

Максим подержал ребенка на руках меньше минуты. После этого он поспешил передать нашего Петю моей маме.

Я тогда решила, что Макс просто боится держать такого маленького. У меня самой, если честно, был страх навредить малышу любым неосторожным действием.

Когда мы приехали домой, мне приходилось со всем справляться самой. За первую неделю нашего с Петей пребывания в родных стенах Максим ни разу не подошел к ребенку. Он то уставший после работы был, то спал, то каким-то мелким ремонтом в спальне или ванной занимался.

Потом я решила прямо спросить у мужа, что происходит. И тут Максим уже не стал от меня ничего скрывать.

- Я понял, что не готов к ответственности, - заявил супруг. – Мне ребенок пока что не нужен. Я не думал, что с ним будет так трудно.

И это говорил человек, который еще ничего не сделал для малыша, который на руках его держал только на выписке.

Я сказала мужу, что изменить уже ничего нельзя, что Пете уже родился. А еще я сказала, что мы вместе приняли решение о родительстве.

- Да, я помню, - ответил Макс. – Но все равно это не меняет моего отношения к происходящему теперь.

На следующий день Максим собрал вещи и ушел к своей маме. Ксении Павловне я позвонила, объяснила ситуацию.

- Ему же адаптироваться нужно, - сказала свекровь. – Максим еще не привык к новому статусу.

А как к нему привыкнуть, если не проводить время с ребенком? Как свекровь вообще себе это представляет? Я у нее спросила об этом, но не получила внятного ответа.

В следующие несколько недель мне помогала мама. Ксения Павловна только звонила, пару раз зашла, чтобы посмотреть на внука.

По ней я видела, что она переживает за то, что происходит в нашей с Максимом семье. Но при этом свекровь не собиралась никак влиять на своего сына.

- Он взрослый, не станет меня слушать, - говорила Ксения Павловна. – Вы сами разбирайтесь.

Я все чаще о разводе думаю теперь уже, а не о том, чтобы разговаривать с Максимом. Он же и на контакт даже не идет, не звонит, не интересуется мною.