- Я добилась, чтобы племянницу лишили родительских прав, - сказала свекровь и отправила детей родственницы в детский дом

Моя свекровь Валентина Леонидовна – еще довольно активная дама. Ей только 52 года, она работает, сама себя может обеспечить. В свободное время она не сидит дома, а гуляет с подругами, куда-то ездит.

Когда мы с Денисом решили пожениться, свекровь обрадовалась, стала помогать нам со свадьбой. Тут она не с советами лезла, а делала именно то, о чем мы попросим. Конфликтов у нас с ней не возникло в тот период.

Также Денис познакомил меня со своей двоюродной сестрой Алей. Они с ним всегда были дружны.

- Наши мамы общались, поэтому и мы поддерживали всегда отношения, - объяснял мне Денис.

Я тоже стала близка с Алей, потому что она время от времени бывала у нас с Денисом в гостях.

После свадьбы мы прожили в родном городе 3 года. Потом Денису предложили работу на другом конце страны. Мы и отправились туда, потому что условия были хорошими.

Квартиру мы взяли в ипотеку уже на новом месте, денег на первоначальный взнос за те 3 года брака мы смогли накопить. Все у нас стало постепенно налаживаться.

Через какое-то время после переезда я узнала, что жду ребенка. Это было вовремя, потому что все условия для малыша у нас были.

Аля времени зря тоже не теряла. Она вышла замуж, жених переехал к ней в квартиру, которую она в наследство от своей мамы получила. Все это было через год после нашей свадьбы.

- За Алю можно быть спокойными, - сказал муж.

На момент нашего переезда у Али и ее мужа был один ребенок, а вторым она только беременна была.

Следующие несколько лет пролетели незаметно. Я родила дочку, во второй декрет собралась, не выходя из первого.

У нас с мужем все стало другим в жизни. Да, мы уже не принадлежали полностью себе, но при этом все равно были счастливы.

К этому моменту в жизни Али тоже произошли изменения. Ее муж, который казался хорошим, добрым и работящим, неожиданно оставил ее с двумя детьми, сам исчез в неизвестном направлении. Об этом нам рассказала свекровь по телефону.

- Трудно будет Але с двумя детьми одной, - сказала Валентина Леонидовна. - Буду помогать ей, но у меня же тоже времени особо нет. Нужно на работу ходить, дачей заниматься.

Мы были спокойны какое-то время. А потом свекровь стала нам рассказывать, что Аля по наклонной покатилась.

- Выпивать стала, за детьми не смотрит, - рассказывала мама Дениса. – Как вообще так можно

Я пробовала звонить Але. Она порой была сильно пьяной, а иногда что-то все-таки понимала.

- Нет моих сил больше, - говорила Аля. – Мне не помогает никто, а сама я не тяну двоих.

Только в алкоголе Аля находила спасение. Валентина Леонидовна видела это, но не спешила помогать племяннице. Она лишь критиковала ее, как мы потом узнали.

А через некоторое время Аля сообщила нам, что ее детей забрали, потому что кто-то пожаловался на нее в опеку.

- Наверняка соседи постарались, - сказал Денис. – Кто же еще мог такое сделать?

Да только соседи Али были ни при чем. Моя свекровь приложила руку к этому. И она сама в этом призналась, сделала это с некоторой гордостью за себя.

- Я добилась, чтобы племянницу лишили родительских прав, - позвонила нам свекровь. – Пока что суда не было, ей время на исправление дали. Но не будет ничего Аля делать. Она только больше пить начала после визита опеки изъятия детей.

Мы с Денисом не понимали, как Валентина Леонидовна вообще могла до такого додуматься. Ладно, она решила спасти детей. но зачем же было в детдом их помещать? Она вполне могла бы взять их под опеку. И об этом мы сказали ей, когда в следующий раз разговаривали.

- А почему я должна брать к себе детей? Если мать не справляется, то пусть государство занимается. У меня годы не те уже, здоровья нет и энергии той.

Конечно, энергии нет. Как сообщать в опеку, так энергии у свекрови хватило. А за детьми племянницы присматривать она не желает.

Мы с Денисом решили, что поедем в родной город, когда ему дадут отпуск, чтобы узнать о судьбе детей Али, чтобы решить вопрос с опекой над ними. И самой Але нужно помочь.

- Чего помогать опустившемуся человеку? – спрашивает свекровь. – Пусть живет Аля, как знает.

Я не понимаю, как вообще так с родственниками можно. Даже если Але помощь и не нужна, пускай так, но детей ее нельзя бросать. Они-то точно не виноваты.