Учитель пожаловалась, что моя дочь достает еду во время урока и начинает есть, и это не единственная проблема

Пишу здесь, потому что сил нет, а поговорить по душам особо не с кем. Ситуация с моей двенадцатилетней дочкой Лерой ставит меня в тупик. Мы с ее отцом расстались больше года назад, живем теперь с Андреем, моим гражданским мужем. Его сыну тринадцать, но он приезжает к нам лишь на пару недель летом, так что постоянных стычек между детьми нет.

Бывший муж теперь тоже не один, у него новая семья: женщина с грудным младенцем. К ним дочь ездит раз в месяц на выходные и возвращается оттуда сама не своя. То молчит как рыба, то, наоборот, с порога закатывает скандал, если я не так посмотрела или не то купила.

Меня очень тревожит ее отношение к еде и гигиене. Вес растет стремительно, и я не знаю, как на это влиять. Если говорить мягко – она игнорирует. Начнешь строже – демонстративно набирает полную тарелку и запирается в комнате. Утром заглядываю, а там горы фантиков, крошек на кровати и пустые упаковки из-под печенья. При этом замечу, что рубашка несвежая или надо бы принять душ – в ответ театральное закатывание глаз и фраза: «Ну и что, мне так удобно».

Учеба пока не проседает, это странно. Умная ведь, много рассуждает о вещах, которые я в ее годы вообще не понимала, читает запоем современную прозу. Но социально, боюсь, она катится куда-то не туда. В школе у нее только одна подруга, и та, по словам классной руководительницы, ведет себя так, будто они не люди, а животные. Обе шипят, если к ним кто-то подходит, могут написать записку «мяу» вместо ответа на вопрос учителя. У дочери вся левая рука в мелких царапинах – говорит, это игра у них такая, «когти».

Андрей старается не лезть с нравоучениями, но на днях случилась совсем некрасивая история. Я попросила Леру элементарно налить воды в миску нашему хомяку Боне, которого она же и выпрашивала три месяца назад со слезами и клятвами ухаживать. Она в тот момент сидела в телефоне, даже головы не повернула, бросила: «Сейчас». Через час захожу – хомяк в сухой клетке грызет прутья, а дочь спокойно смотрит видео. Я молча налила воды сама, и тут началось. Она вскочила, начала кричать, что я ее позорю, что я ее «тряпкой» выставляю и что она вообще не просила никого заводить, а я нарочно купила, чтобы ее помучить упреками.

Но больше всего меня выбило из колеи другое. На прошлой неделе звонит педагог и очень аккуратно спрашивает, все ли у нас хорошо с питанием. Я сначала не поняла, а потом выяснилось, что Лера приносит в класс не просто перекус, а полноценный обед из нескольких контейнеров и открыто ест прямо во время объяснения нового материала. Достает суп в термосе, котлеты с макаронами и нагло раскладывается на парте, будто она в кафе. На замечания отвечает, что голодная, а если ей запретят – будет сидеть под дверью класса и доедать там. Мол, ей так спокойнее.

Мы пробовали разговаривать. Она честно выдала мне с совершенно спокойным взглядом: «Мне нравится, что я такая большая, меня тогда не трогают». И вот сиди, думай. При этом она патологически врет. Даже в самых простых вещах. Например, выйдет из ванной с сухими волосами и говорит, что мыла голову. Или клянется, что убрала в ящике стола, а там бардак.

Я сейчас пишу сумбурно, но меня очень интересует мнение со стороны. Мы с Андреем не можем понять, где мы упустили грань между обычным ершистым характером подростка и реальным запросом на помощь. Может, я зря паникую, а такое поведение сейчас – вариант нормы? Или на это влияет ситуация в доме бывшего мужа? Поделитесь, кто через такое проходил, особенно в смешанных семьях.